Когда мы проехали через них, я подумала, мои глаза выпадут из орбит. Я не могла неправильно понять знак. Потянувшись вперед, он приподнял мой подбородок.
— Закрой рот, пока в него не залетела муха.
— Гранд-Каньон? Ты привёз меня к Гранд-Каньону?
Это было то место, где я всегда хотела побывать, но ни разу в жизни не подумала, что смогу это сделать.
— У меня такое ощущение, что ты никогда не была здесь, и я подумал, что увиденный здесь восход солнца будет для тебя впечатляющим зрелищем для первого раза.
Слезы подступили так быстро, что у меня не было ни малейшего шанса остановить их, и они заскользили по моим щекам, размывая картинку перед глазами и мешая мне глубоко вдохнуть. Эштон посмотрел на меня.
— Не плачь, Елена.
— Я ничего не могу с этим поделать. Я никогда не была так счастлива.
Небо было все еще темным и сложно было что-то увидеть. Мое сердце ускорялось в груди с каждой милей. Я знала, что мы подъезжаем ближе.
Эштон остановил джип и выпрыгнул, захватив сумку. Выйдя из машины, я удивилась тому, как снизилась температура.
— Ничего себе, как холодно.
— Это пока солнце не взойдет. — Он приподнял сумку в руке. — Я захватил вещи, чтобы согреться. Пойдем, не хочу, чтобы ты пропустила хотя бы секунду.
Он включил фонарик, свет которого оказался необычайно ярким в темноте, и пошел вперед. Безусловно, я работала в ночное время, но не знаю, было ли это из-за смены местности или из-за чего-то еще, но всего казалось…
Больше.
Мы оказались там не единственными, вокруг нас слышались голоса. Когда мы, наконец, остановились, я была рада, что Эштон дал мне кроссовки. Он достал одеяло из сумки. Заняв место в центре, похлопал рукой перед собой.
— Садись со мной. В это время года здесь лучшее место, чтобы увидеть рассвет.
Дрожа от холода, я села между его ног, прижавшись к его груди, и он укутал нас еще одним одеялом, крепко прижав меня к себе. Это казалось таким правильным — сидеть с ним здесь вот так, как сейчас. Было трудно сосредоточиться на чем-либо, кроме окружающей меня красоты. Мы просто сидели и наблюдали за тем, как небо меняется от светло-голубого до оранжевого, и в конце становится розовым.
Тогда, в самый незабываемый момент моей жизни, в объятиях мужчины, что спас меня из ада, в котором я жила, я наблюдала восход солнца над горизонтом.
— Он прекрасен.
Я не рискнула оторвать взгляд от неба, зная, что это будет один раз в моей жизни. Не хотела пропустить ни секунды. Ничто не сможет сделать момент лучше.
— Да, — сказал Эштон, опустив подбородок мне на плечо, его рот оказался прямо возле моего уха. — Как и ты.
Глава 21.
Трепет в голосе Елены подтвердил, что наш перелёт того стоил. Никто никогда не относился к ней как к принцессе. Отец прочёл меня как открытую книгу, когда я впервые привёз Елену в его дом на ужин — что-то влекло меня к ней. Я не знал, что и почему. Сначала говорил себе, что это всё ради её спасения, но на самом деле эта женщина нашла способ преодолеть преграду, которую я возвёл.
Я наблюдал за ней, пока мы сидели и ждали восход солнца, рассматривал её волосы, спадавшие на линию челюсти, размышляя, что в Елене присутствует красота и элегантность, но сама она этого не понимает. Это озадачивало меня.
Елена сидела, полностью увлечённая наблюдением за восходящим солнцем. Всё, чего мне хотелось, это касаться её тела, неважно где, до тех пор, пока я у меня есть такая возможность. Я мог попытаться сказать себе, что виной всему ощущение тепла от её тела, но знал, что это не так. С каждой минутой, проведённой с Еленой, я обнаруживал, что меняюсь, становлюсь достойным её мужчиной.
На сегодня мною было запланировано немало: поход, затем ланч в сказочном ресторане недалеко от парка и быстрый перелёт назад, чтобы посмотреть бейсбол. Я решил, что в бокс её больше не возьму — слишком много плохих воспоминаний осталось от последнего там пребывания. Имелось ещё кое-что, с чем, возможно, ей придётся иметь дело ещё не раз, но не на нашем свидании, во всяком случае. Чтобы избежать подобного, я купил места позади скамьи запасных первой базы. Если она действительно хочет посмотреть игру, лучшего места для этого не найти.
Мысли о боксе и обо всём, что там случилось, убивали моё настроение. В какой-то момент мне нужно будет решить, смогу ли я продолжать заниматься делами для отца. Хочу ли я быть ростовщиком или остаться только владельцем ресторана и шеф-поваром? Смогу ли совмещать два дела?
Солнце уже полностью взошло. Елена повернулась ко мне.
— Спасибо, — оставив быстрый поцелуй, тихо сказала она.
— Пожалуйста.
Елена повернулась назад, чтобы посмотреть на вершину горы.
— Нам нужно уже уезжать?
— Нет, — я встал и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. — Подумал, что сперва мы могли бы немного прогуляться по склонам.
Я достал бутылку воды, и улыбка на её губах стала ярче, чем только что взошедшее солнце.
