Губернатор ушел, а я на ватных ногах сползла по стене и разрыдалась.
Чем дольше я оставалась при Марке, тем больше врагов наживала. Кто знает, на что может надавить сам губернатор, чтобы вернуть меня.
В голове тревожно пульсировала только одна мысль: интернат. Если интернату прикроют областное финансирование, его расформируют и детишек разошлют по разным уголкам страны в другие интернаты.
Сердце сжалось от предчувствия беды.
Марк вернулся не в том состоянии, чтобы куда-то ехать. Даже не в том, чтобы говорить. Какой-то мужчина довел босса до постели и тот рухнул замертво. Провожающий кивнул и вышел. Я тут же закрыла дверь на ключ, подумала и подтащила кресло, которым подперла дверь.
Полночи сидела и смотрела на храпящего пьяного мужчину, потом свернулась ему под бок и уснула.
Утром Марк был не в настроении. Ругался, все ронял, не пытался даже схватить меня и стиснуть, только спросил:
— У тебя все нормально? Я вчера ничем не обидел?
Лицо на миг перекосило, но я быстро взяла себя в руки:
— Всё нормально, ты был не в том состоянии, чтобы что-то сделать.
Он кивнул и тут же застонал, схватившись за голову.
Потом приехал водитель, мы попрощались с прокурором, который выглядел не лучше, и поехали в отель. До вечера Марк либо спал, либо стоял под контрастным душем. Только к вечеру пришел в себя.
— Собирайся.
— Куда? — я вздрогнула и отвела невидящий взгляд от телевизора.
Весь день я потратила на обдумывание ситуации. Мне не жалко было Витю, что бы там губернатор с ним не сделал, но в его предложении я услышала угрозу, что он меня по любому достанет.
И кто я такая, чтобы считаться с моими чувствами? Муж сдал меня боссу, и я везде сопровождаю Марка, сплю с ним, езжу на сомнительные вечеринки. Казалось бы, замени в этом уравнении Марка на любого другого и ничего не поменяется.
Вот только для меня изменилось всё и сразу. В тот же вечер, когда Витя приказал идти с боссом. А Марк… Он что-то сделал со мной, нажал на какую-то скрытую раньше кнопку, что я действительно превратилась в озабоченную шлюху. Только вся моя озабоченность сосредоточена вокруг босса, он заслонил собой всех других мужчин. Только для Марка я хочу быть шлюхой.
Но я не могу представить на его месте никого другого. Даже Витю рядом с собой больше не представляю.
И снова мучительный вопрос — куда бежать, что делать, как жить дальше?
— Поедем ужинать, потом у нас запланировано кино. Проголодалась?
— Кино? — нахмурилась я.
— Места для поцелуев, — прищурился Марк, выдав свою фирменную кривую улыбку.
Я улыбнулась в ответ. Наконец-то он пришел в себя и стал самим собой.
Ужин превзошел все ожидания. Теперь Марк вызвал шеф-повара и лично его поблагодарил. Я отметила, что в зале стало гораздо больше гостей по сравнению с первым днем, когда мы только пришли сюда.
Шеф зарделся, а потом словно случайно попросил Марка в любой другой свободный день оценить новое меню ресторана и пройти дегустацию. В боссе сразу щелкнул тумблер и проснулся бизнесмен.
Минут двадцать они обсуждали перспективы развития этого ресторана и открытия сети ресторанов в новом, строящемся торговом центре Марка. На моих глазах заключалась сделка, где из обычного провинциального шеф-повара рождалась новая звезда кулинарии, будущий владелец ресторанов с мишленовскими звездами, не меньше.
Мужчины пожали друг другу руки, договорившись во вторник обсудить меню на расширенной дегустации, куда Марк приведет влиятельных людей области.
Я верно поняла, что в этот вечер снова придется встретиться с губернатором и всеми участниками банной вечеринки.
Но мое испортившееся настроение исправилось в кинотеатре, который Марк снял под нас целиком. В зале никого не было, выбирай любые места, все они автоматически становились для поцелуев.
Мы купили попкорн и газировку, Марк хулигански потянул меня на задний ряд, подмигивая и всячески намекая, когда в зале погас свет и запустили фильм, последний блокбастер, который у нас в городе даже еще не вышел в прокат!
— В моем ТЦ тоже будет кинотеатр, на два небольших зала, — поделился Марк, с увлечением следя за картиной, обнимая меня за плечи и поглощая попкорн.
Я замерла, наслаждаясь этим моментом близости. Такого у меня уже не будет. Я достаточно здравомыслящая, чтобы понять, второго такого Марка я в своей жизни больше не встречу.
Осторожно перевела руку мужчине на колено, провела вверх по бедру и положила поверх ширинки. Марк перестал есть попкорн. Я нервно сглотнула и сжала ладонь, чувствуя, как ширинку начинает распирать изнутри.
Марк словно поперхнулся, откашлялся, чуть спустился вниз и раздвинул бедра шире. Моя рука стала наглее наглаживать пах, пробуждая мужское естество выпрямится на полную и затвердеть.
Дыхание босса потяжелело, он накрыл мою руку своей, когда коварная цель уже была достигнута.
— Ты уверена? — с трудом выдавил он, забирая у меня из руки попкорн и привлекая для поцелуя.
