— Кстати, с какой такой радости ты захватил мои покои?! — презрительно сощурился тот.
— Твои?! — Блайвор иронично вскинул бровь. — Неужели ты не осведомлен даже о том, что завещания два?
— Но мое более свежее, — заносчиво напомнил Риндаль.
— Если только не поддельное, — Блайвор улыбнулся одними губами. — А коль тебе было так важно занять именно королевские покои — следовало поторопиться с приездом. Спокойной ночи, братец.
Вика едва сдержалась, чтобы не улыбнуться — последние слова прозвучали в точности как «аудиенция окончена». Риндаль это тоже услышал. Но лишь скрипнул зубами, не найдясь, что ответить.
— Доброй ночи, леди, — пожелал он Вике и удалился.
Его шаги прозвучали по коридору, а затем по лестнице, мимо второго этажа — дальше вниз. Блайвор при этом почему-то усмехнулся.
— Так что же мне с тобой делать? — обратился он к девушке.
— Я правда ее видела, — повторила Вика, напряженно глядя ему в глаза. — Я не сумасшедшая.
— Хорошо, я пришлю кого-нибудь из слуг, — решил Блайвор, поднялся и вышел.
Меньше чем через минуту явился мужчина — тот самый, что впустил ее в замок в первую ночь.
— Спите, миледи, — сказал он, садясь в кресло. — Я не сомкну глаз, не сомневайтесь.
Вика ему верила, только после такой встряски сна не было ни в одном глазу. И в тишине лежать не хотелось.
— Как тебя зовут? — спросила она.
— Клафт, миледи. Погасить лампу?
— Нет! — поспешно запретила Вика. В темноте она боялась остаться даже с ним. — Давно ты служишь у Блайвора? — поинтересовалась, чтобы продолжить разговор.
— Почти пять лет, миледи.
— А раньше служил у кого-то другого?
Она хотела спросить, почему сменил хозяина, но Клафт ответил:
— Нет. Раньше я был скорняком. Но за долги меня продали в рабство. Милорд купил меня на невольничьем рынке в Ворготе.
За долги в рабство?! В груди похолодело. У них тут рабовладельчество… Вике сразу вспомнился хозяйский взгляд синих глаз. А что если Блайвор возьмет и выставит ей счет за «постой»? Платить-то ей нечем. Конечно, для претендента на трон это мелко. Но кто знает, на что способен разозленный отказом мужчина — особенно, мужчина при власти…
Вошел слуга с кружкой в руках.
— Милорд Блайвор велел приготовить для вас.
Вика не стала спорить и быстро выпила травяной чай. Откинулась обратно на подушки. Собиралась, как только второй слуга ушел, расспросить Клафта, много ли он задолжал, что оказался в рабстве. Но вдруг поняла, что язык не ворочается, а сознание уплывает. Видимо, в чае было снотворное. Все-таки Блайвор поступил по-своему.
Проснулась Вика поздно — солнце стояло уже высоко. Лампа на тумбочке не горела, но Клафт по-поежнему бодрствовал в кресле.
— Ты так и не спал? — сочувственно спросила она.
— Да. Милорд же велел охранять вас.
— А если бы ты задремал — что бы он сделал? — поинтересовалась Вика.
Мужчина на мгновение задумался:
— Не знаю, миледи. Мне никогда не приходило в голову ослушаться.
— Но человек же может отключиться случайно — просто от усталости, — не унималась она, уж очень хотелось выяснить, насколько жестоко здесь обращались с рабами. — Если бы Блайвор застал тебя спящим, как бы поступил — приказал высечь или еще что?
Клафт покосился на дверь — в коридоре послышались шаги. Неужто «милорд» собственной персоной?
Дверь отворилась, и на пороге возник Риндаль. Спасибо, что на этот раз одетый.
— Доброе утро, леди, — произнес он. И тут же перевел взгляд на Клафта: — Свободен.
Тот не двинулся с места, только посмотрел на Вику, четко демонстрируя, что Риндаль ему не хозяин.
— Да, иди отдыхай, — отпустила она слугу.
Клафт кивнул ей и молча удалился.
— Нас так и не представили друг другу, — вновь заговорил Риндаль. — Но я уже знаю, что тебя зовут Вика и что ты каким-то непонятным образом попала к нам из другого мира. Впрочем, и ты слышала мое имя из уст несносного братца. Так что идем завтракать.
Он выдал все это без единой паузы. Вика немного растерялась. Не то чтобы она не хотела есть, но не в ночной же сорочке идти в столовую.
— Ты позволишь мне переодеться? — обращение на «ты» к практически незнакомому мужчине, который и старше нее, и однозначно выше по положению, далось с трудом. Но в иннарийском языке обращение «вы» существовало лишь для челяди, и прояви Вика свое земное воспитание — поставила бы себя в ранг служанки. А Риндаль и так вел себя слишком фривольно.
— И даже с удовольствием помогу, — вооружившись дерзким взглядом, он двинулся к ней.
Вот проклятье! Похоже, соколик с ореховыми глазами станет еще большей проблемой, чем синеглазый.
И почему о нем ведунья не предупредила? Вика поспешно отодвинулась от края кровати.
— Приглашаешь? — на свой лад интерпретировал Риндаль ее поведение. — Я с удовольствием!
— Надо же, какой ты ненасытный! — послышался из-за его спины насмешливый голос Блайвора. — За ночь так и не удовлетворился?
— Ты что, следишь за мной?! — Риндаль застыл между дверью и кроватью, но говорил не оборачиваясь.
Блайвор усмехнулся:
