— Духи обладают еще одним занятным свойством, — продолжил рассказывать Блайвор. — Они очень соблазнительно пахнут во флаконе, однако на коже моментально впитываются и полностью теряют запах. Тем не менее, воспользовавшаяся ими женщина продолжает ощущать их аромат. В общем, магии в этих духах больше чем химии. И кстати, мы еще не разобрались с ними до конца — возможно, настоящей отравой они становятся лишь пройдя через женский организм.
— А что же насчет яда, обнаруженного в бокале Риндаля? — спросила девушка.
— Там был совершенно другой яд. Наверняка Ринд его вообще не пил, Латона капнула отраву в бокал, уже когда мы все были заняты спасением Риндаля — чтобы мы не копали происхождение настоящего яда.
Сразу после ужина Вика ушла к себе. Мужчины все равно собирались изучать ядовитые духи дальше.
Дарнвилл в очередной раз с болью посмотрел на Блайвора.
— Ты мне напоминаешь Виллмара, когда погибла твоя мать, — шепнул он племяннику. — Но Вика жива. И ты тоже.
— Разве это жизнь? — отрешенно отозвался тот. — И дело уже не в том, что брак с Латоной — худший из моих кошмаров. И тем более не в том, что я ей все-таки проиграл. Без Вики теряет смысл само существование…
— Тогда отрекись, как Риндаль, и будь что будет.
— Не могу.
— Окно не пытайся открыть, — предупредил Блайвор, — я на него защиту поставил.
— Хорошо, — пообещала Вика, прильнув к мужчине всем телом.
Он погладил ее по волосам и прижал к себе еще крепче.
— Если мы закончим до утра — я приду. Но не обещаю. За дверью будет дежурить охрана. Арканту не бойся — она не злая, — Блайвор улыбнулся. — Ну попробуй поговорить с ней — вдруг ответит для разнообразия. Хочешь, Клафта к тебе пришлю?
— Нет, не нужно, — отказалась она. — Пускай отдыхает.
— И ты тоже отдыхай. Не жди меня. — Он всё не мог выпустить девушку из объятий и словно бы хотел сказать что-то еще, но никак не решался.
— Говори, — почти потребовала она. Если он хочет порвать отношения — тянуть не имело смысла, вместе им всё равно не быть.
— Вика… пойми, пожалуйста… Я не могу, как Риндаль, отказаться от трона. Не потому что мне позарез нужна власть. Просто если я отрекусь, в стране начнется война. Желающих сесть на трон найдется немало. Только ни у кого из них не будет законных прав на него, а значит, доказывать свои права они станут силой.
— Я понимаю, — с трудом вымолвила Вика. В груди всё разрывалось от боли. Хуже всего, что разумом она была полностью с ним согласна. И даже просить его поступить иначе не стала бы — что значит личное счастье, когда на карту поставлена судьба целой страны. Только больно всё равно было немыслимо.
— Но время еще есть. Я что-нибудь придумаю. — Блайвор посмотрел ей в глаза — бездонную синеву тоже переполняла боль. — Вика, верь мне. Я найду способ освободиться от Латоны.
— Я верю, — она постаралась улыбнуться — чтобы хоть ему было не так тяжело. — Иди. Дядя с братом тебя уже заждались. А я спать, честно говоря, очень хочу.
— Спокойной ночи.
Блайвор прильнул к ее губам долгим поцелуем. У Вики закружилась голова, ноги подкашивались, она повисла на шее мужчины, но вместе с тем казалось, что его поцелуй наполняет ее силой. Может быть,и так — он ведь маг.
Только когда он ушел, Вика рухнула на кровать как подкошенная и разрыдалась. Ничего Блайвор не придумает — невозможно тут что-то изобрести, завещание не перепишешь. Через пару недель он женится на Латоне, станет королем… А ей останется лишь беспросветное одиночество. Потому что никто кроме Блайвора ей не нужен, это она теперь знала совершенно точно. Ее сердце принадлежит ему без остатка.
И никогда, никогда она не сможет его забыть! Да и он, похоже, ее не забудет, только от этого не легче.
Вика еще долго плакала, заливая подушку слезами. Но в конце концов провалилось в странное забытье.
Ей снилось, будто она оказалась в каком-то сером месте. Однотонно-серым там было всё: то ли небо, то ли потолок; то ли туманные просторы, то ли стены. И песок, на котором она лежала. Сказать по правде, серая реальность здорово пугала. Только встать и пойти куда-нибудь Вика не могла — словно ее удерживали невидимые путы.
А в настоящей реальности возле кровати стояла Арканта и буравила спящую взглядом.
Вика снова попыталась подняться с серого песка. И вдруг что-то больно хлестнуло по ногам. Очень больно! Вика невольно закричала — только горло не издало ни звука. А затем новый удар. За ним — ещё и ещё. Невидимая плеть хлестала по ногам, по животу, по груди… Боль была дикая. Вика извивалась, заходясь в немом крике. Казалось, следующий удар станет смертельным…
Но тут что-то сдавило ей горло. Вика задыхалась, царапала себе шею в кровь. Только избавиться от невидимой и неощутимой удавки было невозможно…
— Вика! — в один голос вскричали Блайвор и Риндаль и кинулись из лаборатории. Оба внезапно почувствовали, что девушке грозит опасность.
Меньше чем через полминуты они уже влетели в спальню.
Девушка хрипела и извивалась во сне. Даже в темноте было видно, как побагровело ее лицо.
Братья бросились к ней.
— Вика, Вика, проснись! — трясли ее за плечи.
