– Наш человек, посланный к вашим вигвамам, еще не вернулся, – отозвался старик. Провожая взглядом молодых индейцев, уносящих тело Мотори. – Но мне уже сообщили, что ваши вигвамы опустели. Что все ваши братья уплыли на больших каноэ, вместе с вашим вождем Максутовым и его молодой женой.
– Значит все это, правда? – проговорил поручик. С жадностью допив из кружки водку. – Там, что же не осталось никого из наших братьев?
– Там много длинных американских штыков, которые пьют вашу дурман-водку с утра до ночи, да немного ваших семейных урусов, которые отказались покидать свои очаги…
– Значит, Сулима, не обманул, – сквозь стиснутые зубы, выдавил Орлов. – Ты говоришь, что там много американских солдат?
– Так и есть, урус…, но это американские солдаты.
– Значит, ушли наши поселенцы, – с тоской прошептал, ошеломленный казак. У которого еще где – то в глубине души, теплилась слабая надежда на встречу с соотечественниками. – А, Великий Сиу, не знает, почему они уплыли на больших каноэ?
Старик покачал седой головой и, глядя в изможденное лицо, старого казака произнес:
– Да, кто вас урусов поймет…, понаехали в ваш Большой город янки, ваш Максутов построил свои длинные штыки, янки построили свои напротив… Речи вели длинные и пламенные со сторожевой башни, из пушек и ружей палили…, кто – то плакал, а кто – то радовался. Наши наблюдатели так и не поняли, радость пришла в ваши вигвамы или скорбь с печалью.
– А, что было потом? – глухо спросил офицер, стянув шапку.
– Ваши люди погрузились на Большие лодки и уплыли, наверное, их позвали к своим кострам ваши предки. Все люди, должны жить у костров своих предков, видно пришла пора и вашим братьям возвращаться к себе в Родину.
– Наверное, ты прав, Великий Сиу, – прошептал Орлов, – нам тоже надобно поспешать за своими братьями. Скажи, не знаешь ли ты, что стало с нашими братьями, которые шли обозом по берегам Славянки? Я знаю, что это не ваши земли, но может ты, что – то слышал об их судьбе?
Старик, опираясь на длинную палку, вновь внимательно посмотрел на офицера и, покачав, головой сказал:
– Мне понятны твои тревоги, урус, только ни я, ни мои братья не знаем ничего об этом обозе.
– Если бы ты помог найти их, и вывести к стенам Большого города, то я мог бы щедро заплатить твоим людям!
– Урус, богатый человек? – с удивлением проговорил старик.
– Нет, Сиу, я не богатый человек! Но я знаю, где спрятана английская Большая лодка, в трюмах которой полно провианта, мануфактуры и пороха.
– Все мы разные под этим солнцем и луной, урус, но кровь у всех одного цвета – это земли кенайцев, а у нас с ними мир. К тому же, как охотиться на оленя, которого нет перед тобой? И твои глаза не видят его следов? Возможно, у вас была тяжелая ночь, ты не спал и твои речи стали путаться. Мне пора идти, а ты предложи капитану Джексону заняться поисками, я знаю, что он ходит по реке, которую вы называете Славянкой на своем Большом каноэ.
– Это просто проклятие, какое – то, – сплюнув, пробормотал поручик. – Я готов отдать свою жизнь, ради спасения своих боевых товарищей, а судьба, словно в насмешку отдаляет нашу с ними встречу!
– Не торопи в своих речах смерть, – отозвался старик. Направляясь следом за своими воинами. – Иначе она ускорит свой шаг к тебе на встречу, а тебе еще предстоит парить над землей как соколу.
– Откуда тебе про это известно? – крикнул вдогонку офицер.
– У тебя это написано на лице, как на той бумаге, которую вы называете Библией!
Степанов, стоящий за спиной, стал с остервенением креститься, приговаривая при этом:
– Пресвятая Богородица, Матерь Господа нашего, помоги нам! Что же с нами теперечи будет, ваше благородие? Кто же мы теперечи такие, ежели, правда, что землицу энту продали?
– Ну, ну, голубчик, – удрученно отозвался Орлов, растирая замерзшее ухо. – Негоже нам с тобою в уныние впадать, да в смущения разные. Попытаемся помочь товарищам нашим, и всем миром двинем в Ново – Архангельск… Ну, а ежели Максутов снялся с гарнизоном, как все говорят, так все одно там должен кто – то остаться! Наука счетная, как и мудрость арифметическая, спешки и суеты не любит, думаю кто – то остаться должен в конторе. Ну, а ежели про нас в Петербурге и впрямь забыли, тогда дождемся какой-нибудь оказии…, да с ней в Родину и двинем. Ничего, мы с тобой люди служивые, русские, православные, а православный всегда дорогу отыщет и путь осилит. Да и Господь где вразумит, а где и подсобит, за труды наши ревностные.
Вскоре к костру подошел капитан Джексон, и, откинув брезгливо в сторону труп, одного из вождей сел напротив, протянув поручику сигару.
– Угощайся мистер, Орлов, – буднично проговорил он. Поглаживая свою коротко стриженую бороду. – Табачок немного отсырел, но это все равно вкуснее, чем курить трубку. Это правда, что отважный поручик, отбил со своими людьми целую шхуну у англичан?
– Правда, – кивнув, отозвался Орлов, беря сигару. – Откуда это известно капитану Джексону?
– Однако, – улыбнувшись прошептал американец. – Мир слухами полниться!
