Прошло еще несколько томительных минут, прежде чем в сотне шагов от позиции занятой Орловым, прямо на большую поляну выскочили две собачьих упряжки.
Остановив сани и поставив их на "якорь", двое здоровенных бородачей в стареньких оленьих полушубках, взяв на перевес ружья, стали озираться по сторонам. Не увидев ничего подозрительного, один из них зло, сплюнув, проговорил:
– Кто же это такой ловкий здесь объявился? Может, ближе подойдем?
– Ты, Петруха, со своим любопытством, так и норовишь голову в вечную квартиру засунуть! – отозвался его товарищ, озираясь по сторонам. – По земле – то мороженной, могилку копать уж больно хлопотно.
– Чего ты меня все хоронишь? Ну, сам посмотри, следов нигде не видно, а энто значит, что только со стороны воды чужак прийти мог.
– Да, это ты подумай! На веслах он, что ли придти мог?
Орлов слушал родную речь, и глаза сами собой наполнялись слезами. Они так долго шли к своим, так долго терпели все тяготы и лишения, что когда этот миг настал, и осталось лишь сделать последний шаг – силы вдруг стали покидать истерзанное в переходах тело.
– Не уж – то свои? Не уж – то русские поселенцы? – шептал Орлов вставая. – Не уж – то до своих дошли? А говорили, что ушли наши. Эй! Не стреляйте я свой!
Бородачи вздрогнув, спрятались за деревья. Наконец один из них, выглянув, из – за ствола дерева крикнул:
– Кто это там голос подает? Ты, чьих будешь?
– Я, поручик Орлов, а на скале урядник Степанов! – крикнул офицер. Едва держась на ватных ногах.
– Откуда же вы здесь взялись? – отозвался незнакомец, выходя из-за дерева.
– Мы с обозом шли в Ново – Архангельск, да заминка случилась, вот теперь здесь помощи дожидаемся.
– Мать честная, – проговорил товарищ бородача, выходя из укрытия. – Кажись и, правда, русские. – А чего урядник по скалам скачет, да порох жгет?
– Это он меня, о вашем приближении предупреждал! – крикнул поручик. Неспеша направляясь к соотечественникам. – Сверху – то не понять кто вы такие.
– Да по нынешним временам, скоро от своих теней, шарахаться будем, – засмеялся задорно Петруха. Закидывая винтовку за спину. – А мы промысловики с Иваном, живем здесь недалече.
Поручик улыбаясь, смотрел на подходивших соотечественников и не верил своим глазам. Они прошли столько верст, подвергаясь стольким опасностям, чтобы приблизить эту встречу. Обнявшись с каждым, Орлов вышел с новыми знакомыми к лодке, с тем, чтобы наблюдавший за происходящим урядник понял – это не враги вышли к берегу.
Выслушав рассказ офицера, о том при каких обстоятельствах они оказались здесь с урядником и, что им пришлось пережить, Георгий, поправив, бобровую шапку деловито проговорил:
– Да, жалко, что казачки в "Око империи "смертушку приняли, а насчет обоза…, так про это нам не ведомо. Верно, я говорю, Петруха?
Тот озадаченно посмотрел на старшего товарища и с жаром проговорил:
– Мы бы непременно знали, что обоз по Славянке идет!
– Куда же он мог подеваться? – подавленно буркнул Орлов. – Ну, не мог же он провалиться сквозь землю? Может его кенайцы в полон взяли?
– Расстояния в этом крае громадные, – проговорил Георгий. Глядя на качающуюся шхуну. – Сам черт кочергой мерил, мерил, да и плюнул. Но, об обозе мы бы всеравно знали, офицер! А уж тем более, ежели казачки в бой вступили бы, нам наши друзья кенайцы, шепнули бы непременно. Что – то тут не вяжется, а что в толк никак не возьму.
– Ничего не понимаю, – пробормотал растерянно поручик. – Куда же могло подеваться столько людей с лошадьми? Что же здесь происходит? Может, вы поведаете? Мы слышали даже, что продали Аляску американцем, а китобои говорят, что этого не может быть! Вам, что – то известно об этом?
– Значит, вы толком и не знаете еще, что за свара здесь приключилась? – со вздохом проговорил Георгий, раскуривая трубку.
– Да, мы слышали, на сей счет крайне противоречивые толкования, – отозвался Орлов. Махнув рукой осторожно спускающемуся казаку. – Со слов аулетов, правитель Максутов ушел из столицы и там теперь американцы, это подтверждают некоторые миссионеры и англичане, а американские китобои смеются над этим. Где же, правда?
Георгий посмотрел на офицера и тихо проговорил:
– Собрал нас со всех фортов и факторий, дней семь назад в Ново – Архангельске капитан первого ранга Дмитрий Петрович Максутов, да и объявил, что земля сия продана американцам, а на другой день, мол, передача земли состоится.
– Сказывали, что узнав про это, сам Максутов пришел просто в бешенство! – вставил Петруха, перебив старшего товарища.
– Так вот, – неспешно продолжил Георгий. – Переночевали, мы значит. А на утро, все кто с фортов наших собрались, встали прямо на площади, в аккурат перед резиденцией правителя. Люд служивый построили, ну а супротив нас солдат американских поставили, чиновники их были разного калибра.
– Даже из Государственного совета прикатил кто – то! – вставил опять Петруха.
