— Кто «они»?! — взмолилась я. — Что ты натворил? Ты понимаешь, что я могу умереть?
— Я не знаю, это вышло внезапно. Они обставили как шутку.
— Подробнее, — чуть не плакала я. От истерики удерживал только шок. — С деталями. Кто? Когда? Где?
— В игорном доме, — с ужимками, достойными скромной девицы, уличенной в разврате, сдался он. — Хозяева пошутили, что готовы все простить в обмен на душу красавицы. Мы все посмеялись, что это было бы здорово и легко. А они говорят, племянница-то у тебя, красивая, наверное. Конечно, говорю, красивая, — захныкал дядя. — И кулон им, значит, показываю, — он пощупал шею, где раньше висела цепочка с моим портретом, — а там еще твой локон детский, который Мирка срезала при первой стрижке, — хныканье перешло в слезы.
— Это невозможно, — прошептала я, ситуация, наконец, доходила до мозга. — А дальше?
— А дальше они взяли кулон, а из-за шиворота хозяина возьми да появись облако с глазами хищника. Оно-то и заглотило кулон. Все очень быстро произошло. И хозяин довольный говорит, что сделка состоялась.
— Мамочки, — я почувствовала, как щеки обдало огнем. Слезы были слишком горячими по заледеневшей коже. Поезд тронулся.
— Лика, прости меня, — Зарин шел за поездом, заглядывая в мои глаза, пока скорость состава еще была маленькой. — Я не знаю, как так вышло. Прости меня, пожалуйста.
— Простить? — всхлипнула я. — Да я умру завтра. И чтоб ты знал — из-за тебя!
Я не смотрела, как Зарин опустился на перрон, роняя лицо в руки. Мы отъехали, служащий в поезде закрыл дверь, печально оглядев меня. Жалеет. Прошла в вагон и села у окна, упершись лбом в толстое подрагивающее стекло. Только бы успеть.
Как только приедем — сразу к декану побегу. Я у него не в любимчиках, но отказать ученице не должен, не в таком положении.
«А вот мама бы знала, что делать», — уныло подумала я и отключилась.
Сквозь сон чувствовала, как начался жар, заломило кости, в ушах поселился тонкий писк. Спать было неудобно, жестко, но проснуться было еще сложнее.
— Приехали, — затормошила меня незнакомая женщина. Дождалась, когда я открою глаза и направилась на выход.
Похоже, у меня поднялась температура. Сознание плавало, как в киселе. Я стянула с полки сумку и поплелась к дверям. Надо было бежать, торопиться. Однако сил хватало ровно на то, чтобы заставлять себя передвигать ноги. Вот бы не подумала, что умирать так неприятно. Движения людей казались замедленными, а голоса — громкими. Собственное же тело обратилось в подтопленное желе.
Все мысли сводятся к еде. Это потому что я ничего не ела. И не поспала толком. Надо поспать. Вот тут. Хорошая лавочка и дворик тихий. Я только прилягу, а то не дойду. Всего лишь передохну пару минуточек. Сумка под головой заменит подушку.
Меня качали волны. Мокрые и крутые. Постепенно звук волн трансформировался в стук каблуков по мостовой, а ощущение влаги сменилось прохладным ветром.
— Ты кто? — поднять голову и понять, что за личность и куда меня несет, было слишком сложно. Пахло вкусно и смутно знакомо.
— Молчи пока, — и голос знакомый. Но память плохо ищет ассоциации. Совсем не ищет.
Шли долго. Или мне так показалось. Ступени парадной. Поднимаемся.
— А мы куда? — снова выплыла я. И тут осознала, что рассудок стал мне худо-бедно подчиняться, теперь я могла разобрать предметы перед глазами. Квартира, стены, пол. Меня посадили на диван.
О, так это же демон.
— Эл? — это как проснуться в чужой постели и ничего не помнить после бурной ночи с алкоголем. Наверное. Мне о таком рассказывали девочки. И голова, видимо, такая же вареная.
— Отпустило немного? Я поделился энергией. Ее хватит ровно на то, чтобы побеседовать, — предупредил демон и сел напротив на стуле.
Надо же какой благородный попался.
На лице демона озадаченное выражение. Похоже даже взволнованное. Отмечать все эмоции и детали я была не в состоянии. Но вот исходящие природные магнетические волны организм улавливал слишком охотно из-за ослабленной защиты.
— Я не могу, времени нет. Мне в Университет надо, — идти сил тоже не было. Но я сделала попытку и доковыляла до стены, чтобы поймать ее руками.
Сколько прошло времени? Я еще могу успеть?
Эл понаблюдал картину ленивого побега, встал и схватил меня за локоть, разворачивая к себе.
— Времени действительно мало. И если ты мне не расскажешь все, то его не останется ни секунды.
Я ошарашено смотрела на демона, силуэт двоился в глазах. Что он раскомандовался?
— Кто это сделал с тобой? — процедил он мне в лицо.
От нервного напряжения реальность опять поплыла. Почему я вообще должна что-то объяснять?
И почему он так близко стоит. Он меня смущает.
— Я не знаю, ничего не знаю, — заскулила я, пытаясь вжаться в стену.
В ушах снова запищало, а в голове появилась странная легкость, как от дурмана. Я с силой сжала виски, в надежде, что это удержит ее от раскола на части.
— Соберись! — потребовал демон.
Это непосильный приказ. Тело превратилось в шарнирные детали. Запах демона тоже не действовал успокаивающе. Порванная аура без помех пропускала любое влияние.
