Что стоит время одного человека? Почему можно часами ничего не делать в одной ситуации, но дорожить секундами в другой? Как бы вы поступили, если бы могли купить себе время?
Людмила переживала, она несколько раз уже поменяла платье и все равно ей не нравилось. Что-то постоянно было не так, одно было слишком броским, другое слишком официальным. В итоге она надела брюки и топик, посмотрела на себя в зеркало и решила, что так сойдет. Пора было бы уже выходить. Если бы это было обычное свидание, она бы предпочла потратить чуть больше времени и опоздать, однако сейчас была не та ситуация, поэтому она быстро схватила свою сумочку и выбежала на улицу.
У подъезда ее уже ждало такси. Сейчас ей меньше всего хотелось мчаться на каблуках, а потом толкаться в метро. Таксист попался хороший, он смог молчать всю дорогу, не пытаясь заигрывать, не рассказывая, что делать правительству и не советуя, как поступить ей. Людмила вытащила зеркальце из сумки, проверила помаду, посмотрела, как выглядят глаза, и не развалилась ли прическа. Таксист остановился напротив входа в ресторан и, не оборачиваясь, пробасил:
– Приехали. Если адрес был верным, то можете выходить. – Людмила выглянула в окно, на улице хмурилось, но дождя пока не было. Ресторан, судя по надписи, был правильный.
– Скажите, как я выгляжу?
– Как женщина. – Пробурчал таксист не поворачиваясь.
– Большое спасибо. – Сказала Люда после небольшой паузы.
Она вышла из такси и услышала, как он газуя, умчался за поворот. Быть может и хорошо, что он молчал всю дорогу? В ресторане было людно, но на входе, как и положено, ее встретил хостес.
– Здравствуйте, у вас заказан столик?
– А? Да, посмотрите на имя Людмилы.
– Людмила, вас будет только двое?
– Надеюсь, что так.
– Хорошо, прошу за мной.
Они прошли через зал к столику у окна. Несмотря на то, что за столом их должно было быть только двое, стол был просторный. За окном было все также хмуро, легкий ветерок нагонял мелкую рябь на поверхность озера. Пара уток, что церемонно плыли против ветра, словно ускорялись каждый раз, когда новый порыв поднимал волну. Официант подошел с целой пачкой разных меню, выбрал три из них и передал их Людмиле. Такой же комплект он положил напротив, видимо его предупредили, что их будет двое.
– Меня зовут Антон, сегодня я буду вашим официантом. Быть может что-то подсказать или принести какой-нибудь напиток?
– Да, мне бокал красного сухого вина, пожалуйста.
– Простите, только один бокал?
– Да, и сырную тарелку.
Официант кивнул и удалился, а Людмила открыла первое попавшееся меню и начала вчитываться в перечень. Это оказалось меню бара. Пока она изучала список игристых вин, кто-то подсел к ней за стол.
– Добрый вечер. – Прозвучал тихий голос.
Собеседник появился совершенно беззвучно и неожиданно, словно он с самого начала сидел напротив, просто его не было видно. Людмила убрала меню в сторону и посмотрела на мужчину перед собой. Сложно было определить, сколько ему лет. Руки и пальцы были морщинистые и кольцо тонуло глубоко в коже, было видно, что его не снимали не один десяток лет. Однако лицо было гладким, не толстым и не худощавым. Он был гладко выбрит, а вот глаза… Они скорее принадлежали старику глубоко за восемьдесят. Множество въевшихся старых морщинок на веках и спокойная, старческая мудрость во взгляде. Прическа была обычной. Если бы сейчас Людмилу попросили закрыть глаза и описать прическу, она бы не знала, что сказать. На нем были очки. Такие недавно вошли в моду – прямоугольная толстая оправа и такие же толстые дужки, их иногда называли хипстерскими, но на нем они смотрелись скорее антикварными.
– Добрый вечер, я Людмила.
– А я, уж простите, не стану представляться. Зовите меня просто, Продавец. – Глаза изучающе смотрели на Людмилу, не шарили по всему телу, что было бы понятно, а пристально и спокойно смотрели в глаза, словно он хотел прочитать мысли.
– В общем, мне вас порекомендовали, сказали, что вы можете помочь. – Сказала Людмила несколько нервозно.
– Ну раз сказали, значит могу. Только вы должны понимать, я продаю лишь средство, я не гарантирую результат.
– То есть, как это?
– Ну посудите сами, если бы я продавал, допустим, топоры. Разве мог бы я гарантировать, сколько деревьев вы сможете срубить и сможете ли вообще? Чисто теоретически это возможно, но получится ли у вас?
– Но ведь вы продаете не топоры?
– Да, я продаю часы. Точнее, я продаю то, что просят: секунды, минуты, часы. Но это тоже лишь средство.
– Секунды? – Людмила искренне удивилась, зачем кому-то могла понадобиться секунда? Она знала, что “не думай о секундах свысока”, но тем не менее…
– Да, вы знаете, очень пользуется спросом. Стоит недорого, а прибыль на биржах приносит большую, людям нравится.
– А, понимаю. – Людмила все не знала, как начать разговор и перейти к главному. Ей было и страшно и стыдно одновременно. Она понимала, что этот человек не первый раз продает свой товар и уже привык ко всякому, но она-то первый раз покупала время и, скорее всего, последний.
– Да не переживайте вы так, я же не оружие или наркотики продаю. – Собеседник немного улыбнулся, так улыбаются ребенку, который упал, разодрал коленку и спрашивает, сможет ли он теперь ходить. – Выпейте вина, вы правильно сделали, что взяли его.
