Присев за столик у окна, мы заказали общее блюдо с несколькими видами сладкого лакомства. К большому набору подавали хрустящие вафельные трубочки с шоколадной начинкой, печеньки-черпалки с малиновым джемом и большие бокалы с любым напитком. Я выбрал холодный мятный чай, а Корвус — свой любимый карамельный молочный коктейль, и мы принялись пировать, шутливо отбирая друг у друга понравившиеся шарики мороженого.
Людей в кафе было много, и все столы были заняты семьями с детьми. К нам подошёл официант и спросил разрешения “подселить” к нам клиента, который остался без места. Мы, конечно же, согласились, и через минуту к нам подсел пожилой господин с маленьким мальчиком, примерным ровесником Корвуса.
— Кантанкерус Нотт, — представился мужчина первым, на правах нашего гостя. — А это мой внук Оливер.
— Очень рады знакомству, — вежливо ответил я. Всё же Нотты были очень знамениты и влиятельны, а уж самого главу семейства я видел впервые. По слухам, тот проживал в родовом поместье, почти не покидая его. — Меня зовут Гаррик Олливандер, а молодого человека — Корвус Гонт, он приходится мне крёстным сыном. Думаю, мальчики могут пообщаться, раз уж они познакомились, если вы, конечно же, не против.
Получив согласие от величественного деда, Оливер подсел ближе к моему крестнику, и парочка тут же начала о чём-то шептаться, хихикая время от времени. Я же вступил в обычный разговор британцев о погоде, природе и к прочим вежливым кружевам. Наконец, пройдя этап благожелательной разведки, мы перешли на более личные темы. Поначалу обсудили дороговизну драконьей крови, которая требовалась во многих зельях артефакторов. Потом посетовали на новые мётлы, которые развивали опасную скорость, но не имели достаточной защиты.
Наконец мистер Нотт поделился со мной своей новаторской идеей, которую вынашивал последнее время.
— Мистер Олливандер, я собираюсь опубликовать список чистокровных семей магической Британии, и вы, как и ваш крестник, попадёте в него в силу принадлежности к таковым родам.
— Эм, простите, могу я сообщить вам некоторую информацию относительно вашей задумки? — спросил я у старого мага и, получив согласный кивок, продолжил: — Видите ли, в чём проблема, признаюсь вам откровенно, но мы с крестником вовсе не чистокровны.
На удивлённый взгляд собеседника я только легко пожал плечами и улыбнулся, решившись объяснить ему, в чём заключается его ошибка.
— Отец моего крестника — магл. Так требовалось для обновления крови, вы случайно не видели его дядю Морфина? — получив согласный кивок, я продолжил: — Так вот, близкородственные связи чрезвычайно ослабили древнюю кровь. Уже в поколении родителей Корвуса видны следы вырождения и проклятий. Марволо косоглаз, почти не говорит на человеческом языке, а только шипит на парселтанге. Так что, разбавив кровь свежей, хоть и магловской, Меропа сумела родить прекрасного сильного волшебника. В моём же случае, матушка — маглорождённая, так что и я не имею права называться истинно чистокровным.
— Но как же так, — огорчился мистер Нотт. — Если даже такие представители магического сообщества, как Гонты и Олливандеры, оказались нечистокровными, то как обстоят дела с другими семьями? Хорошо, что я случайно встретил вас, а то мог бы прослыть жалким пустобрёхом на потеху всей Британии. Но очень жаль, я ведь хотел как-то выделить знаменитые семьи…
— Знаете, мистер Нотт, ведь гордиться чистотой крови немного неуместно, — я поднял ладонь, не давая перебить себя. — Это всё равно, что гордиться кудрявыми волосами или зелёными глазами — ведь нашей заслуги в этом нет, всё это нам подарено предками. А вот если составить список магов, прославивших себя собственными делами и поступками — вот это будет реальным поводом для гордости и дополнительным стимулом для остальных волшебников, ведь такой список можно сделать ежегодным и обновляющимся.
Ну да, я схитрил и применил свои знания из прошлой жизни, предложив уважаемому магу издавать не какой-то там список “чистопородных кобелей”, а некое подобие “Книги рекордов Гиннесса”. Скажу наперёд, что мистер Кантанкерус Нотт прославился в веках, ибо его “Справочник достойнейших магов” пользовался огромным спросом, а его потомки даже создали фонд его имени, откуда выделялся денежный приз для каждого волшебника, упомянутого в данном издании.
***
Тем временем наши молодожёны вернулись из поездки и переехали жить в Хогсмид. Скоро заканчивалось время отпуска у Филиуса, и они торопились обжиться и устроиться на новом месте. Хоть я и рад был за сестру и друга, но без привычной компании я затосковал. Одному в квартире было непривычно и зябко, словно с отъездом родни стало холоднее и темнее в обычно уютных комнатах.
Меропа, конечно же, приходила в мастерскую вместе с Корвусом, но после постоянного общения с семьёй такой малости явно было недостаточно. Да и сами мои родственники жаловались, что хоть и можно аппарировать или перемещаться камином, но это не всегда удобно, что уж говорить о приятности такого путешествия с ребёнком.
