- Ну и работенку мне подкинула Кубышка Марго!
- Да, работка у нас еще та! Но где ты лучше найдешь? С ума ведь сойти, сколько народу развелось.
- Старая рожа! Не может забыть, что это я свел ее бесценного Роя с Каралисом. Хотя знает, что Рой меня сам просил. А что Каралис - катала, все знали.
- И такое впечатление, что все разом сорвались с мест и двинулись, кто куда. И не из любви к путешествиям, а просто на месте им делать нечего. Не нужны они там, у себя. Никому не нужны...
- Столько лет прошло! Уже и Каралиса в помине нет и муженька ее, Роя, след простыл.
- А куда он делся?
- Кто, Рой или Каралис?
- Все равно.
- Что, все равно?
- Все равно придут сюда. Рано или поздно, но придут.
- Мэй?!
- Они все приходят сюда. Все, все, все приходят сюда. Это место... Эта чертова воронка... засасывает, заглатывает, за...
- Мэй, ты что?
- Забрасывает кого куда. Но и там им не лучше. Потому что там они тоже не нужны. Никто нигде никому не нужен. Никто нигде никому не нужен. Никто нигде...
- Мэй!
- О-ой!.. Что это на меня нашло? Прости, Гор.
- И ты меня прости. Тебе больно?
- Нет. Даже приятно, - она дотронулась кончиками пальцев до щеки, горевшей от оплеухи, и улыбнулась.
- Ты - прелесть, Мэй.
- Гор!
- Да, детка.
- Больше такое не повторится. Никогда!
- Да ну, Мэй. Я уже забыл... А, все-таки...
- Что?
- Какая муха тебя укусила?
- Муторно мне, Гор. И давно. От бесконечного вранья.
- Это не вранье.
- Вранье. И ты сам это прекрасно знаешь... Гор, я все могу выдержать, любого психа. Сколько их тут прошло!.. И я всем улыбалась, всех принимала. Иногда мне даже казалось, что я действительно им помогаю. Но ведь это все вранье!
- Это не вранье, Мэй.
- Почему?
- Потому что они нам верят.
- Да, какое там, верят! Им просто больше ничего не остается. Потому что эта чертова воронка - последнее место, куда они могут прийти.
- Нет, Мэй. Не так. Это их последний, но шанс.
- Да какой шанс? Нет у них никакого шанса! И ты сам это прекрасно знаешь!
- И все-таки, это шанс. Может, один на миллион, но шанс.
- Расшифруй.
- У одного из миллиона может получиться.
- Да? И что может получиться из лапши на ушах?
- Они все верят, но по-разному. Многие вполне сознают, что их дурят, но все же отправляются, куда мы их посылаем. На авось. Но есть такие, кто верит по-настоящему. Вот у них и есть шанс попасть-таки в свою реальность.
- Боже мой, Гор! Ты всерьез веришь в эту сказку? И поэтому ты так убедителен на сеансе? Я всегда тебе завидовала. Я думала, ты гениальный актер, а ты - псих. Такой же псих, как все они. Ха-ха-ха! Псих!.. Постой-постой, а кто тут разорялся пять минут назад? Мол, работа не по мне и все такое?
- Не бери в голову.
- Не-е-ет, ты уж скажи-и-и!
- Да ерунда. Я опять проигрался.
- Сколько?
- Не надо, Мэй, я сам выкручусь.
- И как?
- Ну, возьму у Кубышки.
- Ты уже брал.
- Подумаешь! Возьму еще.
- Разве Кубышка не требует назад своих денег?
- У нас свои расчеты.
- А где вы собираетесь?
- Не твое дело.
- Ну, Гор...
- Отстань.
- Гор!
- Я сказал, отстань!
Дурак! К тебе клиент.
- И не клиент вовсе, а клиентка. Правда, дамой я ее назвал бы только из... служебной обязанности.
Мэй хихикнула, спорхнула с подоконника и едва успела выскочить из комнаты, как гостья показалась на пороге.
Она была средних лет. Высокая, жилистая, прямая, как палка, и в то же время сутулая; как-то ей это удавалось; лицо - маска высокомерия и отчаяния; мужской костюм; походка, желающая казаться твердой.
Знаем мы эту походку, - подумал Гор, - никого ею не обмануть. Твердые сюда не приходят. Да и нет их уже, исчезли как вид. И поэтому сюда приходят все. В этом Мэй права. Мэй - прелесть. И проста, как воробьиная песенка. Чирик-чирик. Этим и берет. Надо бы с ней попроще, поласковее. В сущности...
- Мистер, мне долго еще ждать?
Черт побери! Он совсем забыл о посетительнице.
- Простите, мадам, но мы всегда даем гостям время на адаптацию. Об этом сказано в инструкции.
Однако ему не удалось сбить с нее спесь.
- Чепуха! Мой секретарь ознакомился с инструкциями прежде, чем я доверилась вашей фирме. Мне не нужна адаптация.
И глазом не моргнула! Секретарь! У этой кочерги не осталось ровным счетом ничего. И сюда она прибыла, даже не заплатив за билет: воспользовалась просроченной карточкой программы "Миграции как средство оздоровления общества". Но это не его дело.
- Итак, если вы готовы, мадам, начнем. Как ваше имя?
- Оно проставлено на карточке.
Удивительно, какое множество людей недолюбливает свое имя, - подумал Гор. - Сплошь и рядом имена либо меняют, либо придумывают для них какие-то дурацкие замены. А произнося их вслух, будто признаются в собственной несостоятельности. Вот и эта... - Гор сладко улыбнулся.
- Разумеется, мадам, я знаю, как вас зовут. Но мне хотелось бы, чтобы вы произнесли свое имя сами. Так я больше о вас узнаю.
Кустистые брови приподнялись, плотно сжатые губы дрогнули.
- Маргарет Колли.
- О! Как нашу толстушку!
- Вашу кого?
