– Где происходили подобные захваты? – быстро спросил Дрогас.
– По всему миру.
– В Анклавах или государствах?
– В государствах, – помедлив, ответил Солович. И прищурился, догадавшись, куда клонит Стефан. – Только в государствах.
– В Анклавах крупные партии «синдина» захватывали?
– Никогда.
– Максимальная партия, которую перехватывали в Анклавах?
– Двадцать тысяч доз.
– Наблюдались ли перебои с поставками «синдина» после крупных захватов?
– Нет.
– И всплеск потребления, вызванный идеями Сорок Два, не привел к дефициту, – медленно повторил Дрогас услышанную ранее информацию.
Моратти внимательно посмотрел на помощника, Ник понял, что Стефан уже увидел нечто такое, что ускользнуло от внимания Соловича.
– Мы давим изо всех сил, – глухо закончил Альфред. – Мы пересажали кучу «поставщиков В», мы взяли несколько очень крупных рыб, ужесточили наказание за «синдин», но… – Солович поставил на стол опустевший стакан. – «Синдина» не становится меньше. Цены, правда, растут…
– Да, да, я понял. – Дрогас попыхтел сигарой и выразительно посмотрел на президента СБА.
– Спасибо, Альфред, – улыбнулся Ник.
Уточнять свое пожелание президенту СБА не потребовалось. Сообразительный Солович коротко кивнул, поднялся и вышел из кабинета. Он чувствовал себя оплеванным.
– И? – Моратти добавил в стаканы виски. – Что скажешь?
Стефан поднял левую ладонь, показывая, что просит время на размышление, помолчал с полминуты и только после этого негромко начал:
– Производитель «синдина», будем называть его «поставщиком Х», раз вам так нравится, располагает сетью производств, охватывающей весь мир. Причем производства обладают огромным запасом мощности. – Дрогас раздавил сигару в пепельнице и отодвинул от себя стакан с виски. – Я ведь не случайно спрашивал о дефиците: его не было. Как только увеличился спрос, «поставщик Х» мгновенно увеличил предложение, причем с опережением – ведь одновременно активизировалась и полиция. «Поставщик Х» стал производить очень, очень много «синдина». Словно в этом и заключается его цель.
– Это понятно, – нетерпеливо перебил Дрогаса Моратти.
Стефан едва заметно улыбнулся.
– Если понятно, то почему вы с Альфредом не сделали правильный вывод?
– Не забывайся, – порекомендовал Ник. – Какой вывод?
– «Поставщик Х» прогнозировал лавинообразное увеличение спроса на «синдин».
– Он знал о Сорок Два?
– Или предполагал, что Сорок Два появится.
– Гм… – Моратти несколько секунд обдумывал заявление Стефана, после чего недоверчиво покачал головой: – Ты выдвигаешь эту версию только на том основании, что не было дефицита?
– Отсутствие дефицита – очень весомое основание, – уверенно ответил Дрогас. – Производство «синдина» – опасное занятие, поэтому разумные люди, а «поставщики Х» люди весьма разумные, ограничатся тем количеством лабораторий, которое покрывает существующую потребность. В этом случае при появлении массового спроса обязательно бы возник дефицит: «поставщику Х» потребовалось бы время, чтобы ввести в строй новые производства. Но дефицита не было. Вот и получается, что либо у «поставщика Х» есть возможность мгновенно нарастить уровень производства, либо он заранее знал о появлении Сорок Два. В любом случае круг подозреваемых сужается.
– У тебя уже есть подозреваемые?
– А для чего вы меня позвали? – «удивился» Стефан.
Ник усмехнулся:
– Говори.
– Подозреваемые очевидны, – пожал плечами Дрогас. – Поскольку крупные партии «синдина» перехватывались исключительно в государствах, можно с большой вероятностью утверждать, что производство налажено в Анклавах.
– В свое время мы отрабатывали эту версию, – разочарованно протянул президент СБА. – Но ни черта не нашли.
– Потому что не искали по-настоящему, – спокойно парировал Дрогас. – Вы не уделяли должного внимания тем, кто способен производить «синдин». Вы искали подпольные лаборатории, а они не в состоянии справиться с резко выросшим спросом. Речь идет о промышленном производстве.
– Корпорация, – понял мысль помощника Моратти. – «Синдин» производит какая-то корпорация… – Пауза. – Невозможно. В свое время мы досконально проверили всех, кто мог организовать подобное производство.
– Значит, кто-то сумел вас обмануть, Ник. И я догадываюсь кто.
– Мутабор?
– Храмовники всегда первые в списке подозреваемых.
Моратти почесал подбородок, пыхнул сигарой, взялся за стакан, но передумал, отставил виски и вновь почесал подбородок.
– Когда «синдин» только появился, все решили, что его придумал Мутабор. СБА потребовала объяснений, и Владыка распорядился открыть для проверки производства корпорации. Это был единственный в истории случай, когда храмовники согласились на тотальный досмотр своих зон. – Ник помолчал. – Мы ничего не нашли, подозрения были сняты.
– Это ничего не доказывает.
– В принципе, я согласен, – кивнул Моратти. – Тогда «синдин» еще не получил такого распространения, а значит, его могли производить в нескольких небольших лабораториях… – Ник вздохнул: – На повторную проверку храмовники не пойдут. Да и нет у нас повода ее проводить.
