Сердца Стива, Наташи и Сэма сперва пропустили удары, а потом ускорялись с каждым сказанным словом. То, что начиналось как привычная стычка между Барнсом и Грин, теперь резало слух и вызывало мурашки на коже. Воздух между ними будто искрился от страсти и напряжения.
Ну а когда Баки унёс её на плече… Стив завис, как старый компьютер, на котором пытаются запустить новейшую игру. Шестерёнки в его ретро-мозгу отказывались обрабатывать то, что он услышал. «Язык между ног» «Попроси. Громче» «Папочка» «Леденец вошёл слишком глубоко». Леденец… От мороженого можно голос потерять? Ангина или что? Я наверное снова не понял какой-то намёк или сленг. На что похож леденец? Оооо… В рот?! Что за ужас? Как Баки мог сказать такое в её сторону? Господи, она сказала, что мечтает смотреть ему в глаза, когда его язык будет между ног. Так стоп! Он унёс её на плече, чтобы исполнить эту фантазию?!
Стив поморщился, невольно представив такую картину, и отложил ложку. Аппетит совершенно пропал. С бедра на него смотрела овсянка, медленно растекаясь по ткани. Он задумчиво собрал её пальцами и вытер пятно салфеткой.
— Что это, мать вашу, было? - Сэм наконец смог собрать слова и мысли в предложение.
— Ты решил добить Стива своими словечками? Как не стыдно, Сэм, - Романофф сверкнула взглядом, не упустив возможность в очередной раз подколоть Капитана.
— Что. Это. Было?! - Уилсон даже подпрыгнул со своего стула, размахивая руками, — Ты это слышала?! Слышала?! Скажи мне, что это шутка!
— Мари могла бы пошутить, от неё такое вполне можно ожидать, но Барнс… Он вообще умеет шутить?
— Знаете, в 40-х он был очень весёлым! Душа компании.
— Ку-ку, Стив, - Сэм пощелкал пальцами у него перед лицом, — Мы не в 40-х. Я у него даже улыбки никогда не видел!
— И… Вы думаете, что его язык сейчас… - Роджерс покраснел наверное с головы и до самых пяток от того, что сам сказал.
— Нет. Конечно нет. Это же невозможно, да? Наташа?
— Подожди, - она подняла палец вверх с закрытыми глазами, — Просто пытаюсь представить Зимнего солдата на коленях. Черт, как горячо. Если это так, то Мари сорвала Джекпот.
— Что-то здесь не чисто. Значит вчера нас не было. Баки остался, утром у него был сеанс терапии. У Мари выходной. ПЯТНИЦА, выведи на проектор записи вчерашнего дня.
— Записи стерты, без возможности восстановить, - тут же отозвалась искусственный интеллект.
— Кто стёр? Как это?
— Агент Грин.
— Что абсолютно все?
— Агент Грин стёрла записи на кухне. И остановила на всей базе. Включить снова?
— Конечно включить! - Кэп сдвинул брови, — Совершенно безответсвенно с её стороны было отключать съёмку.
— На кухне? - Сэм отошёл немного дальше от стола и поднял руки, — Ну тут два варианта. Диван и стол. Хотя и стулья. Черт!
— Или всё это тщательно спланированая шутка, в которую Грин как-то смогла втянуть Барнса… Или то, что они говорили про фантазии и сны, оказалось реальностью, - Нат изогнула бровь и усмехнулась.
— Он же как гризли. Хмурый, злой и агрессивный. Может это её попытка его немного растормошить? Ну, знаете, как терапия. Предложила идею, а он согласился нас обмануть. Она умеет убеждать. Локи в юбке.
Мари и Баки.
Какое-то время они ещё лежали вместе, просто разговаривали. Как Джеймс, так и Мари хотели узнать друг о друге больше. Он был скован и зажат, старался как можно скорее надеть всю одежду обратно. Она же наоборот ходила нагая. Мари знала, что у неё красивое тело и не стеснялась его, несмотря на шрамы. Девушка твёрдо верила в то, что они её нисколечко не портят, а наоборот рассказывают историю. Ближе к 6 Барнс отправился в свою комнату, чтобы подготовиться. Мужчина принял душ, переоделся, надушился, даже сделал лёгкую укладку. Наряд Мари выглядел немного странно. Вместо легкого летнего платья пришлось надеть осеннее с высоким воротником, чтобы скрыть след. Представив как ей будет жарко, Грин закатила глаза и поправила макияж.
Возможность узнать Баки получше того стоит. Этот мужчина стоит любых жертв. Я приложу все усилия, чтобы услышать его прекрасный смех ещё не один раз.
Ровно в 7 он постучал в дверь. Сразу же протянул ей небольшой букет, явно сорванный с ближайшей клумбы. Этот старомодный жест вызвал у неё улыбку. Поставив их в вазу, Мари взяла его под руку.
— Платье такое тёплое. Тебе будет очень жарко. Но ты прекрасно выглядишь. Очень…уютно. Немного по-осеннему.
— Как только синяк сойдёт, ты сможешь снова увидеть на мне летние платья. С открытыми плечами и ключицами, вырезом на груди и длиной до середины бедра, - он только собрался открыть рот для очередных извинений, как она его перебила, — Даже не думай сказать это ещё раз. Я столько извинений в жизни не слышала.
Пара почти вышла незамеченной, но их настигла всё та же троица. Они как раз решили, что шутка затянулась и хотели скорее узнать «правду».
— Так-так и куда вы собрались?
— Что за строгий тон, Капитан Роджерс?
— Я злюсь, потому что ты выключила камеры. Это нарушение протокола безопасности. Тони не для этого дал тебе такой высокий уровень доступа.
