Сценарий для лучшей российской комедии, ставшей безоговорочным лауреатом «Кинотавра», был написан еще пять лет назад. Подготовка к съемкам заняла почти два года. Сами съемки – чуть больше месяца. Продюсер «Хорошего мальчика» Василий Соловьев спрессовал эти годы, месяцы, дни и часы в 40 драйвовых историй о том, что это такое – быть продюсером.Как без громкого имени и запаса прочности в пару блокбастеров заполучить в свой фильм главную звезду отечественного кинематографа? Причем совсем не на ту роль, что в итоге сыграл Константин Хабенский… Как подписать голливудских мейджоров к сотрудничеству и прокату? Каково это – менять по ходу работы сценаристов и режиссеров? Зачем, о чем и каким образом нужно договариваться с государством? И, наконец, как на всем этом заработать и зачем вообще все это нужно – снимать кино?Василий Соловьев предлагает читателю экскурсию в свою «творческую лабораторию». Перемешав байки со съемочной площадки и монтажной с профессиональными мини-мастер-классами и поучительными историями под общим лозунгом «не сдавайся!», он показал мир кино таким, каким вы его еще никогда не видели. Василий не скрывает ничего – даже сумму, которую он намерен собрать в прокате. Вам остается только проверить.
Когда мы собирались снимать свой первый полнометражный фильм в кинокомпании «2Д Целлулоид», то один мой товарищ подошел и спросил:
– Кто такой продюсер? Когда я вижу чье-то интервью и читаю в титре «продюсер», мне сразу кажется, что он бездельник.
Да, режиссер тоже главный, он несет ответственность за творчество. Перед продюсером. Как показывает практика, глобально он не несет ответственности ни за что. Если только не совмещает в себе функции режиссёра и продюсера. Частенько так случается либо с опытными режиссёрами, либо с опытными продюсерами. Одним надоедает подчиняться, и они руководят процессом сами. Другим надоедает вечно подстраиваться под прихоти художника, и они берут творческий процесс в свои руки.
Любой режиссёр, прочитавший эти строки, тут же возмутится. Это первое правило продюсера – будьте готовы к тому, что окружающие вас профессионалы постоянно будут возмущаться и пытаться перевернуть вашу вселенную. Или даже затащить вас в свою, в центре которой находится творчество. Для любого работника кино продюсер и его устремления – это эксплуатация, которая зачастую идет наперекор творчеству. Экономия, установки для создания зрительского кино, любое продюсерское пожелание – воспринимаются как цензура, как чудовищные оковы, мешающие творческому самовыражению. Могу по пальцам перечислить творческих работников, которые умеют лавировать между своими желаниями и продюсерскими установками. Такие люди есть – вы будете их искать всю жизнь и обязательно найдете.
Безусловно, существует режиссёрский рай, когда продюсер не вмешивается в творческий процесс. Это случается по нескольким причинам:
1. Уровень доверия к режиссёру настолько высок, что ему позволено всё (вне зависимости от фестивальных или кассовых целей проекта).
2. Продюсер слишком неопытен и не понимает, что происходит (наверное, каждый это должен пережить).
3. Продюсер получил безвозвратные государственные или частные деньги, а может, сам настолько богат, что ему плевать на результат (он не профессионал, у него личный кризис).
В остальных случаях продюсер несет прямую финансовую ответственность перед инвесторами, кредиторами, государством и собственным банковским счетом за всё, что происходит в его проекте. Остальным это если не безразлично, то по крайней мере не критично. Они работают за зарплату.
Так что, если вы хотите тянуть на себе лямку ответственности, целиком и окончательно, рисковать без возможности спрятаться за чью-либо спину или за творческую ширму под названием «меня не поняли», если хотите быть должным всем и всегда, хотите свернуть шею в поисках баланса художественности и прибыльности, хотите поссориться с огромным количеством, казалось бы, вчера ещё таких милых людей, то вам – в продюсеры.
Я не российский лидер кинопроизводства (так называемый «мейджор») и не голливудский босс. Может быть, я этого добьюсь. Потом. И это будет совсем другая книга. Сейчас, когда нашей с компаньонами кинокомпании всего шесть лет и мы снимаем лишь второе полнометражное кино, у меня всё ещё есть то, чего уже нет у больших продюсеров. Свежесть первых ощущений, от которой они избавились благодаря опыту. Прелесть этого состояния в том, что ты делаешь то, что никогда больше не сделаешь. Если бы я родился опытным, то не появился бы на свет проект «Россия 88». Просто не появился бы. Мы бы даже не договорились ни о чем. Наш первый полный метр «Репетиции» не был бы снят, по крайней мере в том виде, в котором он существует. И это не значит, что он был бы лучше или хуже, – он был бы другим. Может, с другим молодым продюсером, может, в другом виде, но не таким. У меня нет сожаления, что мы сделали это. Наоборот. Если бы мы тогда не рискнули, я сейчас не был бы там, где я нахожусь.
Эта книга будет посвящена созданию фильма «Хороший мальчик», который мы с друзьями решили снять 7 сентября 2010 года. Тогда никто не представлял, что съёмки начнутся ровно через пять лет, 7 сентября 2015 года. Мы четырежды будем пытаться получить финансирование в Минкульте, пять раз сменим партнеров, поменяем режиссёров, но зато в этом фильме через пять лет снимется именно тот актёр, который первым к нам пришёл на кастинг. Невероятно!
