НАДЯ (до нее не доходит): Мы опять поедем на Кипр.
Я: Скатертью дорога. Вон аэропорты уже взрывают.
Надя отмалчивается. А февральская лазурь лазурит вовссю.
41. Отыскалась наконец
Инна со мной в заговоре: провожает меня до дверей Георгиновой хрущевки.
ИННА: Ну да, Надьку еще ветром шатает.
Открываю дверь своим ключом. Евгения заключает меня в объятья. Ну, нашлась, глупышка. Мы решили тебя не разыскивать. Дать тебе время самой одуматься. Привыкай потихоньку быть замужем.
Мне больно руку. Я высвобождаюсь, сажусь на свою постель. Начинаю сбивчиво рассказывать свекрови, как я поломалась. Она качает головой: «Не надо никогда нарушать правил – до добра не доводит». Потом говорит вскользь: «Тебя разыскивал один человек… хотел передать какие-то документы от Георгия».
Я (незримо присутствую, нашептываю Наде): Врет! это не через них.
НАДЯ (отмахивается от меня-незримой): Нет, никто не звонил. (Евгения встает с разочарованным видом и ныряет в свой портрет, будто идущий на посадку самолет – в свою тень).
Я - Надя- остаюсь одна в квартире. От слабости приваливаюсь к подушке и засыпаю. Над моей головой тихо говорят двое: Максим и красивая женщина - вся из себя (Георгинов сленг). Слышу сверхострым слухом, но проснуться не могу.
МАКСИМ: Не бери в голову. Это фиктивный брак. Она вообще дефективная. В прошлый твой приезд отвез ее на дачу – подумать только – сбежала по крыше. И пропала на три месяца. Разведусь, конечно. Вопрос времени. Ты посмотри на нее. Тут не к чему ревновать. Почему женился? долго рассказывать. Забей.
ДАМА (разглядывает меня): Убожество.
Убожество так убожество. Я засыпаю еще крепче. Вижу во сне луг – зеленый платочек от господа Бога. Иду по нему с тем, кого люблю (Максим или не Максим?), и мы смеемся. Проснулась – меня тормошит Стас. Надюха, мне пришлось дверь открывать отмычкой. Твои ключи уже сперли. Идиот я, надо было сразу отдублировать. Теперь почитай у нас ключей от филевской квартирки нет. Йок. Столкнулся на лестнице носом к носу со сладкой парочкой, вышедшей отсюда. Твой Максим благоверный с той леди, что три месяца назад тут ошивалась. Скоро она меня узнавать начнет. Не видала? проспала? очень жаль. Пошли, Надюха. Подаем на развод.
НАДЯ: Мне до фени. Разводиться не буду.
СТАС: Конечно! много тебе чести в таком браке. (Хочет взять Надю на руки.)
НАДЯ (твердо, отстраняясь): Стас, спасибо за всё. Сейчас оставь меня. Я у себя дома. Ступай, не волнуйся.
Стас, махнув рукой, уходит.
42. Не сотвори себе кумира
Март, капает с крыш. Пятно голубого неба плывет средь беспокойных туч. Я еще не могу сама заколоть сзади отросшие волосы и повесить белье на веревку. Или белье держу – или прищепку. А вместе никак. Максим как меня увидел, так сразу заторопил на дачу. Приходил с женщиной по имени Лилиана – рядом с ней я как серенькая мышка. Пусть, лишь бы мне иногда его видеть. Мелькнул быстрый Максимов взгляд, точно бездонная мартовская синева, и опять я вдвоем с Евгенией. А от нее какое-то вредное излученье. И портрет всё следит за мной. И я всё чахну.
43. Человек предполагает
Надюху надо выкрасть. Выманить якобы на концерт Кирилла Полозова. Инну в замыслы не посвящать, чтоб не выдала. Кирилл сам позвонит и приедет за Надькой на своей машине. Покажет отпечатанную на принтере афишку (липовую). Надька, конечно же, не обратит вниманья – а что это Кирилл так парится перед концертом. Поедет как миленькая. Кирилл привезет ее к себе на квартиру – такой адрес будет в обманной афишке – Надька не воткнет. А там уж жду я – Стас. Начнем массированную обработку. Сведенья от Петра Семьянинова успокоительные. Георгин прошел курс химии (за счет сына). Рак-дурак возник у него на фоне заразного гепатита и соответствующего одинокого образа жизни в течение ряда лет. Пока держится. Сильный, черт. А Надюхе по барабану. Похоронила его, блин, и с концами. Женское физиологическое слабоумие. Всё Максим да Максим. И всё по максимуму. По максимуму и получит.
44. А Бог располагает
