- Так … - не зная что об этом думать, замялась колченожка, - так … а это точно? - добавила в голос требовательности.
- Я думаю, да, - подняла глаза на собеседницу дёрганая.
- Да? … а почему ты так думаешь?
- Так я же самая зрячая!
- А раньше почему не говорила, раз зрячая?
- А как бы я это доказала? - возмущённо ответила «зрячая», - ведь никто не подтвердил бы! Но теперь мы это точно выясним!
- Да? И каким образом?
- А они, - кивнула в сторону спящих, - свой рост на дереве отметили! Как проснутся — проверим, выросли они или нет.
- О как! … ладно. Это мы проверим. Сейчас то что делать?
- Как что? Брать и тащить … к пещере.
- А почему туда?
- Ну … там вода. Отмоем их немножко …
- Зачем?
- Ну … хоть узнаем. Сильно их поранило или это чужая кровь.
- Ага. И из-за этого я должна сдохнуть их перетаскивая? Я ещё деревья не обошла, сок не собрала, да и со зверем надо разобраться. Не пропадать же еде.
- Так я же помогу!
- Ага! Поможет она! Тебя же скрючит сразу!
- Да не! Если не сильно напрягаться, то судорога меня не бьёт! Я постараюсь … не сильно.
- Ага. Поможет она … не сильно. Ладно. Со щербатой начнём. Она тяжелее. Помоги её на спину взвалить.
- Она больше не щербатая! Она, скорее, беззубая!
- Это ещё с чего?
- А она зуб себе сломала передний … предпоследний … об косточку плода, когда голод заедала. Я слышала! И видела.
- Вот ещё! Теперь и вовсе беззубая! Вот оно ей надо было? С чего они взяли, что зверь опять в ловушку не попадёт?
- Надо! Если они вырастут, то всем надо будет! И мне и даже тихоне! Сколько можно детьми то быть? А зуб — ерунда! Новый вырастет. Если малышка не приврала …
- Вот и проверим. Кстати! А куда обломок зуба делся? Она его не проглотила случаем?
- Не знаю … я не на столько зрячая. Но можно разрезать ей живот и там поискать!
- Ты мне посмейся ещё! Тебя от смеха тоже может скрючить. Третье тело мне здесь совершенно не нужно. Тебе ещё зверя разделывать и варить.
- Мне?!!
- Ну сама-то подумай. А кому ещё? Говоришь, нож у тебя есть? Вот и пригодится!
- Слушай! - вновь начала разговор дёрганая после того, как немного отдышались после переноски щербатой, - а ведь ты можешь на себя в воде посмотреть! Ну … что бы убедиться.
- В какой-такой воде? - не стала уточнять, в чём, собственно, убедиться, спросила колченожка.
- В пещере же есть!
- Вода то там есть … только что я там увижу, если там темно как … в пещере?
- Можно огонь принести!
- Ага! Что бы они там все задохнулись? Там и так дышать нечем. Да и потом … смысла нет.
- Почему?
- Потому, что я уже не помню, как я выгляжу.
Хаупт (Глава отделение планирования — название должности)
Враг силён и коварен а человек слаб. И ещё неизвестно, что хуже. Но человек слаб всегда и в этом нет никакой неожиданности а вот степень коварности врага можно сразу то и не распознать. Это только сначала казалось, что враг сделал ошибку тем, что бросил дело на самотёк и не стал «дожимать» «сладкими» аргументами. Ведь можно было сразу расширить и углубить брешь в защите морали слабых людей, позволивших себе поддаться на соблазн сладких обещаний и сразу же добиться более существенных результатов но так только раньше казалось. Сейчас так не кажется. Сейчас он понял свою ошибку и вынужден теперь признать, что враг умнее, чем он думал. Враг его переиграл. По крайней мере, первый раунд битвы враг выиграл у него вчистую. И нет никакой возможности этот раунд переиграть. То, что казалось ошибкой оказалось очень умным ходом. Жертвуя скоростью распространения разлагающих мораль идей, враг выигрывал в качестве. Теперь его аргументы невозможно было перебить контраргументами по той простой причине, что предоставлять эти контраргументы просто некому!
Более того, его аргументы росли и ширились теперь совершенно самостоятельно в головах слабых людей. У них включилась фантазия и теперь они сами себе придумывают и аргументы и оправдания и … и чего только не придумывают. И это самое страшное. Против таких выдумок противопоставить вообще нечего. Как можно эти выдумки опровергнуть, если их никто никогда не озвучит? А те мечты, которые озвучат ничем не отличаются от тех мечтаний, которые были всегда. Все же всегда мечтали стать сильными и здоровыми? И что бы еда была и защита от дождя и ветра что бы … все остальные бытовые потребности удовлетворялись. Об этом мечтали все и всегда. Только сейчас эти мечты поглотили всё их сознание просто потому, что появилась надежда. И вот эта надежда, как раз и была основным оружием, разлагающим умы а не какие-то там … аргументы. Истинность или ложность этих аргументов уже никому не интересны. Да и сами аргументы не интересны. Те, кто вкусил плоды соблазна теперь от них уже не смогут отказаться.
