‑Все просто, – отозвался Ген, – решаем, как жить дальше.‑А что тут решать? Вернемся домой, сдадим корабль военным и прославимся, и денег заработаем столько, что и правнуки не потратят.‑Скорее получим герметичный бокс особого режима, но вот ты сказал: 'вернемся' а куда? Ты знаешь координаты нашей планеты?Слова киборга окатили меня, полного радужных мечтаний, холодным душем. Ради стратегического превосходства правительство не постесняется и закопать двух лишних свидетелей, единственный путь успешной жизни – это засветиться перед большим количеством народа. Например, зависнуть над Кремлем и висеть там дня четыре, общаясь с землей по радио. Тогда уже о контакте будет знать вся планета, и тронуть героев спецслужбы не посмеют. Но чтобы сделать это, нужно попасть на Землю, а как этого добиться у меня нет ни малейшего понятия. Действительно, пусть ученые и промучают в своих бункерах какое‑то время, но это препятствие преодолимое, и потом по телефону, если что можно и из лаборатории разговаривать.‑А, Аошина? – задал вопрос я, отчаянно не желая терять надежду на скорое возвращение домой.‑Не знает про нашу планету. – отмел предположение киборг. – Она и нас то по началу за своих соотечественников приняла, внешне различаемся мы не так уж сильно.Слова его прозвучали приговором моим мечтам быстро вернуться домой. Паршиво. Ну, уроды трехглазые, я вам это припомню!‑И что ты предлагаешь?‑Я в этом плане полный ноль, единственный у кого есть навыки жизни на просторах космоса это Аошина. Ей принадлежит идея создать свой небольшой бизнес – транспортные перевозки. И она как расписывала те обязанности, которые можно возложить на каждого члена экипажа. Себе она взяла роль навигатора и бортмеханика. Хотя пахать как папе Карло придется без сомнения всем. У тебя будут какие‑нибудь предложения? Может что‑нибудь умеешь хорошо? С компьютерами там работать, может стрелять в армии хорошо научили?‑Ну, я в принципе тоже не совсем безрукий, помочь с ремонтом какой‑нибудь техники смогу. А вообще у меня есть права на вождения трактора и комбайна, получил два года назад. Подходит?‑А импортную технику ты водить пробовал? Сидел я как‑то в кабине одного германского комбайна. В принципе там почти также: ни черта непонятно, обстановка как на космическом корабле, что это за рычажки, зачем столько панелей и к чему все эти клавиши абсолютно неизвестно. По‑моему если с такой махиной справлялся, то думаю, и управление нашей спасательной капсулой особых проблем не доставит.Я вспомнил свои первые впечатления от вождения зарубежной техники, которая по сравнению с еще советской Беларусью действительно казалась чем‑то неземным. А что, действительно, похоже.‑Ну в принципе попробую разобраться что к чему. Ты хочешь, чтобы я стал пилотом? Не скажу что у меня нет навыков, так как ни у кого из нас их не больше. Но какой в этом смысл? Здесь, же все контролирует автоматика, ручной контроль остался просто как занятный рудимент.‑Но должен, же кто‑то управлять полетом и орудиями? Почему не ты?‑И потом, – добавила Аошина, – если мне придется заниматься текущим ремонтом этой колымаги и настройкой навигационной сети, то ни на что другое в случае боя времени просто не хватит.Логично. К тому же, какой мужчина не любит пострелять? Но почему я должен соглашаться на их предложение.‑Ну а мне‑то какая с этого выгода?‑Элементарная заработная плата, которая в будущем станет неплохим доходом. Даже если мы не добьемся сверх больших доходов, но найдем Землю, то станем просто неприлично богатыми. Любая вещь, приобретенная в галактике, будет цениться нашими учеными намного дороже собственного веса в золоте. А за такие предметы как гипердвигатель вполне можно будет купить небольшой остров в районе экватора. А здесь они продаются так же свободно как моторы для автомобилей. И потом, чем‑то заниматься все равно придется, чтобы не умереть с голоду. Конечно, если ты захочешь отказаться, то мы выделим тебе большую часть награбленного у фелов добра и отправим в свободное плавание. Но долго ли ты протянешь один?‑Разумно. Пожалуй, я принимаю твое предложение за неимением лучшего. А что ты сделаешь с рогатым? Пустить на консервы? Он уже вроде как очнулся.‑Ладно, мальчики, – вы тут разбирайтесь без меня, а я пошла проверю работу систем, – заторопилась девчонка и улизнула.‑Пойдем посмотрим, – вздохнул Ген, с явным сожалением покидая насиженное место, – я все‑таки надеюсь тоже включить его в команду. Видал, какие мускулы? Вот только как с ним договариваться, ума не приложу.Мы прошли к связанному инопланетянину, после чего мутант уселся пред ним на корточки и стал сосредоточенно смотреть тому в глаза.Минотавр минуту молчал, а затем что‑то сказал на неизвестном языке. Снова минута молчания и снова непонятная реплика. Непонятно, чего это они делают? Снова пауза, после чего Ментан затянул длинную монотонную песнь.
