— Что случилось? — спросила я и, подойдя к нему, дотронулась до его плеча. Оказавшись рядом с ним, я испытала трепет, будто сквозь меня прошел электрический разряд, но Лиаму было не до секса.
— Отправь Тома в «Корону» — пусть приготовят наших лошадей и карету. Мы должны уехать сегодня же. — Он крутанулся на месте и подскочил к бельевому шкафу, дверцы которого уже были распахнуты. Он вытянул ящик, заглянул в него, вынул оттуда стопку сорочек и швырнул их в сундук. — Или хотя бы должен я.
— Что случилось?
— Ты что, не понимаешь?
— Я понимаю, что у нас проблемы, но…
Лиам снова повернулся к шкафу и вытянул еще один ящик.
— Поди, вели Тому сбегать в «Корону».
— Но я не понимаю…
Он метнул в меня безумный взгляд.
— Сколько у нас дома наличных?
— Не знаю, нужно посмотреть в денежном ящике. Пятьдесят фунтов точно есть, потому что…
— Ладно, забудь пока об этом. Скорее, найди Тома.
— Но я не понимаю зачем…
— Матерь божья, мне что, самому все делать надо, — буркнул Лиам, протиснулся мимо меня и затопал в сторону лестницы. — Том! — крикнул он. — Том, где ты, дружок?
Я спустилась на первый этаж и застала напуганного Тома на пороге дома.
— Но я не понимаю, — снова повторила я.
Лиам стоял посреди гостиной и с отсутствующим видом смотрел на огонь.
— Не понимаешь? Правда не понимаешь?
— Я понимаю, что это проблема, но…
— Это не просто проблема, если Генри Остен… Как ты этого не понимаешь?
Он вышел из гостиной и снова взбежал по лестнице. Я последовала за ним, все сильнее тревожась за его рассудок.
— Если Генри Остен что? — До меня наконец дошло, что мы говорим на повышенных тонах своими обычными голосами, и я захлопнула за собой дверь. — Лиам, — сказала я тише, — соберись. Если мы и раньше подозревали Дженкса в подслушивании, то сегодня ему явно есть чем заняться. Прошу, объясни мне простыми словами, в чем здесь проблема.
— Проблема во мне, — ответил он, схватил охапку чулок и бросил их в сундук как попало. — С чего они взяли, что я смогу выйти сухим из воды? О чем они думали, отправляя сюда
— Лиам!
Он вздрогнул и посмотрел на меня так, будто увидел впервые.
— Ты сама тут справишься? Нет, и тебе, наверное, стоит уехать сегодня же. Можем оставить инструкции слугам и обо всем распорядиться посредством письма. Как будто это что-то изменит, — мрачно добавил он. — Да-да, ты должна поехать. Но ты теряешь время. Иди, собери вещи!
— Но куда мы — в такой-то спешке?
— Какая разница! Куда-нибудь. Видимо, в сторону Летерхеда. Все, что нам остается, — это залечь на дно и дожидаться точки возвращения. — Лиам повернулся к сундуку, потом к шкафу, затем снова к сундуку. Его смятение могло бы показаться смешным, но на нем совсем не было лица. Он придирчиво осмотрел свою коллекцию жилетов, будто в жизни их раньше не видел, и швырнул их в сундук, а затем прибавил к ним пару сюртуков. Взял несессер, закрыл его, положил в сундук поверх всего остального и захлопнул крышку. — Хватит, — с сомнением произнес он. — Хотя… Нет. — Он подхватил сундук и направился вниз. — Собирайся! — донеслось до меня со стороны лестницы.
Но я последовала за ним на первый этаж и обнаружила его у окна гостиной, где он, вероятно, с нетерпением дожидался прибытия Тома с лошадьми и каретой, хотя так скоро это произойти явно не могло. В кухне миссис Смит, Сара и Норт сбились в кучку и о чем-то шептались. При виде меня они с виноватым видом отпрянули друг от друга и рассеялись по помещению.
— Мы получили дурную весть, — сказала я. — Мой брат должен сегодня же уехать. Изволите подать нам чаю и холодного мяса, пока он еще здесь?
В гостиной Лиам пересчитывал банкноты, лежавшие в денежном ящике.
— Шестьдесят два фунта и мелочь, — сказал он, подняв голову. — Мы не можем рассчитывать, что Эдвард не разнесет новость по банкирам — приятелям Генри, и не можем рассчитывать, что до точки возвращения у нас появятся хоть какие-то деньги, кроме этих. Это если допустить, что портал все еще работает. — Он сел и уронил лицо в ладони. — О Рейчел. Мне так жаль. Это я во всем виноват.
— Ты что, с ума сошел? — Я подошла к нему и погладила по волосам, любуясь изящной, четкой линией его шеи. — Ты был великолепен. Если бы Генри не сболтнул Эдварду, что планирует жениться на мне, ничего этого не случилось бы.
— Если бы я вел себя правдоподобнее, ему никогда не пришла бы мысль навести справки.
— Ты был очень правдоподобен. Дело в Эдварде. Это он осмотрителен.
— Я с самого начала делал все не так.
— Ничего подобного. Не говори глупости.
