Как я ни старался, выспаться всё равно не получилось, всю ночь мне снились кошмары и воспоминания из моего прошлого, а также семья, которую мне пришлось оставить в Нью-Йорке ради работы в лаборатории, самое неприятное в кошмаре было то, что я не мог проснуться или остановить его, поэтому каждый раз в своём самом страшном сне я видел раз за разом, как всё, что мне дорого, растворяется в ядерном огне падающих на город бомб. Несмотря на тяжёлую ночь и неслабое похмелье с утра, в назначенное по графику время я и Эдвард уже надевали оранжевые защитные костюмы, которые были специально подготовлены для работы в лаборатории по изучению вирусов, замкнутая система дыхания и плотный материал не позволяли опасным бактериям и микробам добраться до исследователей. Но были у этих костюмов и существенные минусы, по типу отсутствия системы охлаждения, из-за чего температура тела внутри костюма поднималась до 38–39 градусов, что делало любую работу в нём невероятным испытанием, ко всему прочему перчатки костюма были достаточно твёрдыми из-за чего работа с маленькими предметами превращалась в тяжёлый труд. К сожалению, нормальные защитные костюмы на складе отсутствовали, и нам выдали это устаревшее барахло. Облачившись в костюмы, мы зашли в небольшую комнату санитарной обработки, где на нас со всех сторон были направлены трубки с обеззараживающим веществом, которым покрывался костюм до и после экспериментов. После обработки мы, наконец, оказались в главном помещении для исследований, квадратной и просторной комнате с белыми стенами и ярким освещением, доверху забитой разнообразным дорогостоящим оборудованием. В одном из углов комнаты, который находился напротив дверей, располагался небольшой, круглый люк, прямо посередине стены, именно через него можно было передать очередную сыворотку вакцины для проведения опытов. В другом углу комнаты находились мониторы, на которых были показаны различные формулы получения вакцин, а также подробная информация об их составе. На ещё нескольких экранах транслировались заражённые, пойманные на последней вылазке, один из них ранее был мужчиной, это можно было понять по остаткам одежды на теле, а также по той части его лица, которая не подверглась мутации. Вторым заражённым явно была женщина, её выдавали густые волосы, которые из-за грязи превратились в болтающийся кусок засохшей земли. Лицо женщины было трудно назвать человеческим, изо рта выпирали огромные клыки, а глаза превратились в звериные и вращались из стороны в сторону, пытаясь найти способы вырваться из заточения. Оба заражённых были крепко закреплены с помощью титановых пластин, наложенных на руки и ноги заражённых. В то время, пока я заворожённо смотрел на мониторы с заражёнными, в наушнике прозвучал голос руководителя проекта — Нэнси, одной из любовниц Логана, а потому и непосредственного его заместителя.
— На экранах представлены несколько заражённых, которых нам удалось поймать для того, чтобы усыпить их всего на несколько часов, потребовалось в три раза больше транквилизаторов, чем для среднестатистического слона. Их организмы очень агрессивно реагируют на любые вакцины, которые мы уже испытали на них, — доложил холодный голос Нэнси, которая, по всей видимости, наблюдала за нами из защищённой комнаты руководства лаборатории.
— Видимо, вирус, из-за которого они подверглись таким мутациям, выработал собственный иммунитет, который не позволяет другим вирусам проникнуть в организм. Ранее мы с таким ещё не сталкивались, поскольку остальные вирусы обычно не вступали в прямую конфронтацию с иммунитетом и маскировались от любых защитных функций организма, в этом случае вирус, захвативший организм, полностью перестроил иммунитет на более агрессивный, который не позволяет другим вирусам проникать в организм заражённого, — прокомментировал слова Нэнси Эдвард, который склонился над электронным микроскопом.
— Нам нужно выработать вакцину, которая сможет обмануть иммунитет заражённого, и тогда она сможет подействовать. Но, учитывая агрессивность и скорость мутации вируса, это будет очень непросто и займет много времени, — проговорил я, переводя взгляд снова на мониторы с заражённым, ещё раз удивляясь тому, как быстро изменился мир вокруг и его жители в том числе. Мне вдруг пришла на ум одна фраза, услышанная когда-то давно, в университете. «Выживает тот, кто лучше других приспосабливается к изменяющейся обстановке окружающей среды». Но от моих мыслей меня снова отвлёк голос Нэнси в наушнике.
— Тогда вам стоит поторопиться, времени у нас как раз-таки и нет! Наша страна ждёт результаты в самые короткие сроки, приступайте к работе! Вашей группе передадут необходимые для исследований штаммы. Результаты других групп пока озвучиваться не будут, чтобы не направить исследования вашей группы по ложному пути.
— Но мы хоть и биологи, но не специализируемся на вирусах, может, имеет смысл включить в нашу группу хоть кого-то, кто хорошо в этом разбирается? — спросил я.
