— Господин президент. Как и было оговорено нами заранее, мы выставили ультиматум группировке кораблей членов НАТО, вторгшихся в наши воды. Они этот ультиматум проигнорировали и нарушили государственную границу. Согласно полученным директивам, нами были задействованы все доступные средства поражения. Сегодня в 7 часов утра по московскому времени подводная лодка Б-271 «Колпино» атаковал торпедами и ракетами авианесущий корабль противника, большие десантные корабли и транспортники сопровождения. В результате ответного удара противника, предположительно, наша лодка уничтожена. Авианосец противника получил серьёзные повреждения, крен на правый борт, что не даёт ему возможность использовать самолёты. Один большой десантный корабль получил серьёзные повреждения и сейчас тонет, второй смог остаться на плаву. Остановить продвижение противника не удалось, и они вышли к акватории Кронштадта. С двумя береговыми комплексами Бастион потеряна связь, и предположительно они захвачены или уничтожены десантом противника. Из доступных средств поражения у нас остались только секретные ракеты, класса Искра, несущие заряды слаборадиоактивного вещества, при взрыве вызывающие мощный электромагнитный импульс. Прошу разрешения на использование данных ракет для уничтожения техники противника, — запросил министр обороны.
— А как же наша техника? Не получится, что мы нанесём себе вреда больше, чем противнику. У нас всё-таки там целый город и много научных лабораторий и институтов. Да и Атомная электростанция в Сосновом Бору, как быть с ней? — спросил президент.
— К сожалению, большая часть техники уничтожена первой атакой ядерными зарядами противника. В данный момент войска НАТО вооружены более современным оружием, центрами управления, беспилотниками. Да и их доктрина строится на взаимодействие малых групп с помощью высокой доли информативности и управляется из единого центра. Нарушив эту связь, мы уровняем шансы. Да и всё оружие у них напичкано электроникой, без неё там даже пушка выстрелить не сможет, а если и сможет, то рассчитывать по таблицам они не умеют. Уверен, что мы получим значительное превосходство. Что касается атомной электростанции, то ещё перед самой войной, реакторы были заглушены и переведены в режим консервации. Конечно, этот процесс не быстрый, и есть вероятность расплавления активного ядра, но насосы охлаждения спрятаны под землёй и должны пережить ЭМИ. Даже если произойдёт выброс, то он будет несущественным и в разы меньше чем на Чернобыльской АЭС. Предполагаемая зона отчуждения не превысит десяти километров, — сообщил министр обороны.
— Хорошо, разрешаю использование Искры, все отчёты по операции сразу предоставить мне, — дал согласие президент и продолжил слушать доклад о готовности Северо-Западного региона к отражению вторжения стран НАТО.
Обходя кабинеты и небольшие сборочные цеха, где жили беженцы, искал что-нибудь полезное, и это помогло разжиться оружием, а именно нашёл один «Калашников» с деревянным прикладом и с двумя рожками. Единственное, что патроны были большего калибра, а сам автомат очень старым. Два неполных рожка, а именно сорок восемь патронов, давали небольшую гарантию, что смогу выбраться из этого здания живым. Ещё был автомат на выходе с лестницы, который я видел у одного трупа, так как с виду автомат был похож, то и патроны могли подойти, если они, конечно, окажутся у трупа. Колун удалось освободить из застрявшей головы зомби и протереть, от слизи и налипших мозгов. По уму, надо сделать насечки на рукоятке, чтобы в следующий раз она не выскочила из рук. Решил не откладывать это дело и пошёл за своим тесаком, по дороге успокоив полуживого зомбака.
Когда делал насечки, вдалеке раздался свистящий шум, то ли самолёта, то ли ракеты, а через пару минут, далёкий взрыв. Похоже, вояки начали с кем-то воевать, раз опять используют ракеты, да и странная она была. Мне показалось в тот момент, что от тесака, который держал в руках, ударил разряд тока, но значения я этому не придал.
