«Подождите,» — прочитал Гедимин последнее сообщение от Ассархаддона и сердито сощурился. Больше в письме не было ни слова. Откуда оно пришло, сармат не знал, — в последний раз он видел куратора неделю назад, с тех пор тот не появлялся ни в «Койольшауки», ни в «Гекате». Никэс, появляющийся во временной лаборатории ядерщиков гораздо чаще, на вопросы об Ассархаддоне отвечал уклончиво или просто отводил взгляд, и Гедимин вскоре перестал его спрашивать. И сейчас, прочитав короткое письмо, он молча закрыл передатчик и вернулся на смотровую галерею к Никэсу, Хольгеру и нескольким незнакомым инженерам Авиаблока. Внизу на широкой площадке, прикрытой защитным полем стационарного генератора, маневрировал иссиня-чёрный корабль, похожий на четырёхгранный наконечник древней стрелы.
— Вертикальный взлёт, — один из сарматов на галерее считал вслух, разгибая прижатые к ладони пальцы. — Мгновенная смена курса, возможность вести круговой огонь… Я говорю — это надо пускать в серию. У мартышек ничего подобного не будет ещё сто лет.
«Если в Лос-Аламосе не обнаружили эффект лучевого крыла,» — закончил за него Гедимин. «Знать бы наверняка…»
— Девять килограммов чистой окиси ирренция на один корабль, — Никэс оглянулся на молчаливого Гедимина. — Какова скорость его синтеза? Сколько «Ицмитлей» мы можем построить?
— Много, — буркнул тот, неохотно вынырнув из воспоминаний о недавней мирной жизни в Ураниум-Сити и переписке с Конаром. — Только на синтезе — не меньше двух сотен в год…
— Стойте-стойте, — вмешался Хольгер, вклиниваясь между сарматами и внимательно глядя на Гедимина. — Весь ирренций никогда не пойдёт на истребители. Во-первых, ЛИЭГи…
Никэс недовольно сощурился.
— Да, ЛИЭГи, — пробормотал он, с сожалением качая головой. — И оружие, и реакторы… У куратора «Гекаты» большие планы насчёт этого металла. Но эти истребители… Я бы полностью заменил ими «Гарпии».
«Оружие,» — Гедимин смотрел на маневрирующий «Ицмитль» — тот как раз решил отстреляться по условному противнику из всех бортовых орудий. «Бомбы. Возможно, Линкен уже сделал ирренциевую бомбу. Вот что вышло из моих планов…»
— Гедимин, — прошептал Хольгер, толкнув его в плечо. — Тебе не пора на тренировку? До зала ещё надо добраться…
Сармат удивленно посмотрел на него — Хольгер, странно прищурив один глаз, косился на люк, ведущий к транспортному туннелю. «Он думает, что я не в себе,» — понял он, и его передёрнуло. «Хочет выпроводить меня, пока я не начал кататься в истерике… или не бросился на Никэса, или…»
Он сжал пальцы в кулак и крепко прижал руку к груди. Под костяшками слегка шевельнулись крепления «Седжена» — ранец на «лучевом крыле» был встроен в скафандр по особому указанию Ассархаддона, и достаточно было убрать защитные пластины, чтобы ощутить невесомые щупальца на висках и шевелящиеся отростки за спиной.
— Я успею, — ровным голосом ответил он. — Да, корабль хороший. Мне нравится.
— Огромный выигрыш в массе, — обернулся к нему один из инженеров. — Нерационально использовать его только одним способом. У меня есть проект лёгкого бомбардировщика. Мы разбавим ими москитный флот. Будет хороший сюрприз для макак…
— Не так быстро, — Никэс поднял руку, и сармат замолчал и отвернулся. — Исгельт одобрил наш проект только заочно. Пока он не вернулся — никаких окончательных решений, никакой траты ресурсов!
— А где он? — спросил Гедимин, стараясь не выдавать заинтересованности ни интонацией, ни движением век. «Надо было раньше спросить! Определённо, Ассархаддон там же, где Исгельт…»
— За пределами базы, — так же бесстрастно ответил Никэс, на секунду задержав свой взгляд на Гедимине. — Да, ваш двигатель очень хорош. Не задерживайтесь. Будет очень неприятно, если вы опоздаете на тренировку. В середине дня транспортные туннели всегда перегружены…
Гедимин закрыл за собой дверь жилого отсека и на долю секунды задержался на пороге. Ему хотелось убрать с висков защитные пластины. Вечером он с трудом удержался от этого и заставил себя выбраться из скафандра и выставить дополнительные экраны на «Седжен». Ему не хватало странных ощущений в лопатках и трепета лучистой «крови» в новых «артериях», приросших к телу. Само их прикосновение заставляло сердце биться быстрее. «Похоже на зависимость,» — отметил сармат про себя, проверив дополнительный экран. «Зайти, что ли, к медикам…»
— Политинформация, — ровным голосом сказал Стивен, прикоснувшись к его груди. Его механическая «рука» в укоризненном жесте указывала на дверь. Гедимин остановился.
— Ещё одна… Стой! Кто-то прибыл на базу? Исгельт? Ассархаддон?
Стивен качнул головой.
— Стандартная политинформация.
