— Сейчас ничего не делайте, — сказал северянин. — В зоопарк сходите. А я свяжусь с Хольгером. Где-то мы это уже видели…
Гедимин мрачно смотрел на лежащую на ладони плашку ирренция, прикрытую на всякий случай защитным полем. «Все вещества как вещества. Только с этим вечно какой-то бред…»
— Семь четыреста с закрытым шлемом, три девятьсот — с открытым, — сообщил Хольгер, выйдя из дезактивационного шлюза, и нервно хихикнул. — На меня реакция сильнее, чем на Линкена, и слабее, чем на Гедимина. Константин, ты попробовать не хочешь?
Северянин сердито фыркнул.
— Я хочу, чтобы прекратился бред, и началась нормальная работа, — угрюмо сказал он. — Больше ничего. У тебя есть научное объяснение всему этому?
Хольгер развёл руками.
— Ничего нового, Константин. Оно всё-таки живое.
Гедимин с шипением выдохнул сквозь стиснутые зубы.
— Ладно — реактор. Но это просто куча металлических брусков! Что там может быть живым?!
Хольгер успокаивающе погладил его по плечу.
— Знаешь, бывают разные формы жизни. Домициан рассказал бы больше… Да, точно! То, с чем он работает. Эа-форма. Конгломерат клеток, способных действовать как самостоятельно, так и совместно, произвольно делиться на группы и снова сливаться…
Гедимин снова зашипел, и химик отдёрнул руку и подался назад.
— Оно ещё и эа-форма, — пробормотал ремонтник, глядя на свои руки. — Этого не хватало…
— Оно способно на общение, — со спокойной уверенностью сказал Хольгер. — Я думаю, мы могли бы…
На входе мигнул красный светодиод. Ворота, не дожидаясь введения внутренних кодов, открылись, впустив в лабораторию Исгельта Марци. За ним, жестом распределив вдоль стены ввалившуюся охрану, вошёл Ассархаддон.
— Что случилось? — спросил он, обведя взглядом всех сарматов по очереди и остановившись на Гедимине. — Мне сообщили о серьёзных проблемах с проектом. В чём дело?
Гедимин покосился на Линкена. Тот молчал и выжидающе смотрел на него.
— Ну? — поторопил их Ассархаддон. — Введите меня в курс дела.
Константин тихо фыркнул и поднялся с места.
— Проблема с определением критической массы ирренция, — он вывернул голографический экран на середину зала и подошёл к нему. — Здесь, на схеме, хорошо видно…
Гедимин молча сидел рядом с Хольгером, пока Константин объяснял, в чём проблема. Исгельт устроился по левую руку от него и переглядывался с химиком через его плечо.
— Ты им не помог? — тихо спросил он. Хольгер покачал головой.
— Я тоже ничего не понял.
Экран свернулся. Ассархаддон, задумчиво щурясь, повернулся к сарматам. Исгельт быстро встал, Гедимин остался на месте и протянул руку к Хольгеру, но тот уже поднялся, хоть и отстал от Исгельта.
— Да, интересное явление… Что-то подобное отмечали в Лос-Аламосе, насколько я слышал. Ирренций вообще — довольно странное вещество… А может ли критическая масса быть переменной величиной?
Гедимин изумлённо мигнул. Сарматы переглянулись.
— На неё может влиять загрязнение, наличие экранов, отражающих излучаемые частицы… — начал перечислять Константин, но Ассархаддон едва заметным жестом прервал его речь.
— Я не об этом,
— Это невозможно, — ответил Гедимин, угрюмо щурясь. — Ни для одного вещества.
Ассархаддон внимательно посмотрел на него, кивнул и снова задумался на пару секунд.
— Тогда так… Мы должны сделать устройство, срабатывающее в любых руках. Независимо от того, что это существо знает об ирренции и его свойствах. Нам нужны подопытные, никогда не имевшие дела с этим металлом. Оптимально — приматы. Что скажете, Исгельт?
Бывший адмирал кивнул и подошёл к двери. Он явно считал разговор законченным.
— Отлично. Завтра я обеспечу вас подопытными, — сказал Ассархаддон. — Это всё?
Гедимин мигнул.
— Ты приведёшь… людей? — он подумал, что ослышался. — Сюда, в «Койольшауки», работать с ирренцием?
Ассархаддон едва заметно усмехнулся.
— Перекладывание металлических кубиков — несложная задача, Гедимин. В самый раз для наших друзей-землян. Они справятся, не беспокойтесь. Транспортировку, охрану и утилизацию я обеспечу.
Сармат снова мигнул и поднялся на ноги.
— Утилизацию? — повторил он. — Ты их засунешь под омикрон, а потом убьёшь?
— Я вас плохо понимаю, — сказал Ассархаддон, погасив усмешку. — Что именно кажется вам неправильным?
— Всё, — буркнул Гедимин. — И вообще — откуда у тебя тут люди?
Куратор пожал плечами.
— Какая разница, Гедимин? Вас это беспокоить не должно. Опыт будет проведён, результаты — предоставлены вам. Вы можете вообще не заходить сюда. И… да, лучше будет, если вы проведёте это время где-нибудь ещё.
Хольгер крепко взял Гедимина за локоть и потянул назад; тот дёрнулся, сердито фыркнул, стряхивая с себя чужую ладонь, но с другой стороны в него вцепился Линкен.
— Годная идея, — одобрительно хмыкнул он. — Только возьми побольше макак. Для этой… статистики.
Ассархаддон кивнул.
