— Я не сам это всё съедаю, Джед, — напомнил он. — Вся ремонтная бригада жрёт и пьёт за мои день…
«В верхних карманах — мелочь,» — Гедимин, приглядевшийся к складкам и выпуклостям комбинезона, задумчиво сощурился. «Надо искать внутренние нычки. Носит с собой. Где основная — не знаю, но стокойновые…»
— Эй! — запоздало вскрикнул и задёргался Кенен. Коготь Гедимина аккуратно вскрыл верхний комбинезон и слой ткани на нижнем. В подставленную ладонь ремонтника посыпались карточки.
— Сто, ещё сто, здесь по пятьдесят, — одной рукой отсчитывать было неудобно, и часть просыпалась на палубу. — Тут пятьсот. Держи. Не тяни с заказом, быстро их не привезут.
Айзек, пересчитав деньги, убрал их под броню — и, не замахиваясь, съездил Кенена по респиратору. Маккензи хрюкнул.
— Это было лишнее, — пробормотал он, прижимая ладонь к шлему. — Ты порвал мне крыло носа…
— Ещё раз сэкономишь на АЭС — шею сверну, — ровным голосом предупредил его Гедимин. Айзек уже ушёл в отсек управления, можно было выпустить командира и позволить ему собрать рассыпанные карточки. Под ногами было сухо — даже если в желобах остались какие-то следы меи, повредить магнитную полоску они не могли.
— Джед, это было совершенно излишним, — с укоризной сказал Кенен, соединяя края разрезанной ткани на груди. — Мы с Айзеком уже договорились. Ничего бы не случилось, если бы датчики подождали до марта. Он всегда поднимает панику…
— Он сроду не поднимал панику, — перебил его Гедимин. — Датчики надо было менять ещё в ноябре. Что за мохнатые самки?
Кенен вздрогнул.
— Понятия не имею, — сказал он, глядя в сторону. — Айзеку что-то померещилось… Я отложил немного на новый костюм, чтобы не ходить в совет в ремонтной броне. Ну ладно, безопасность базы дороже моей репутации…
Гедимин мигнул.
— Почему туда нельзя в броне? — спросил он. — В декабре ты меня водил…
Кенен досадливо отмахнулся.
— Ты ходил туда как ремонтник. А я — как официальный представитель сарматской диаспоры. Ладно, пусть будет старый костюм. Куплю к нему новый галстук…
— Ничего не понимаю, — признался Гедимин. — Но в июне надо будет менять датчики давления во втором контуре. Найдёшь деньги сам, или мне помочь?
Кенен вздрогнул и прикрыл ладонью рваный карман.
— Скажи Айзеку, чтобы заказал их заранее. Я… хорошо, база некоторое время обойдётся жжёнкой и дешёвыми пайками, а я — старыми галстуками. Мы купим все датчики, какие только есть. Обвешаем ими реактор сверху донизу.
Гедимин сердито сощурился. Кенен выдержал его взгляд, не дрогнув, — только, не глядя, вынул из кармана пятикойновую карточку.
— Очень надо, Джед. Просто очень-очень.
— Тут четыреста сарматов, — напомнил Гедимин, судорожно вспоминая, кого сегодня можно посадить за пульт управления. — Почему нужно дёргать меня?
— Ты уже закончил с реакторами, — отозвался Кенен. — И с плутонием, и с ирренцием. Всё работает. Там пригнали австралийский транспорт — он идёт к Сатурну, и он должен дойти туда без проблем. Сходи, займись им. За реактором присмотрят. Ночью я замещал Амоса, и он готов работать.
Гедимин нехотя кивнул и забрал у него деньги.
— Кецаль, — вполголоса напомнил он. Кенен наклонил голову.
— Сегодня же, Джед. В просвете между патрулями.
…Австралийский транспорт, приподнявшись на «подушках» защитного поля, медленно пополз по маневровой полосе к северным площадкам. Гедимин, вместе с другими сарматами отошедший от него на полсотни метров, ощущал, как под ногами вибрирует полотно. Это был полноценный спрингер, не так давно прошедший конверсию, — бывший миноносец, с ядерным реактором, бортовым антигравом и антиастероидной защитой, ненамного легче сарматского крейсера.
— Тут всё, — объявил Гедимин, повернувшись к ремонтникам. — Возвращаемся на базу.
Сарматы переглянулись. Половина двинулась к терминалу, вторая обступила Гедимина; первые, увидев, что никто никуда не идёт, остановились тоже.
— Что насчёт «Юйту»? — спросил один из ремонтников. Гедимин пожал плечами.
— Хорошо, идём. У меня с собой пять койнов, надеюсь, этого хватит.
«Далась же им эта мартышечья пища…» — думал он, недовольно щурясь, пока сарматы занимали свободный стол. Дэвид, посмотрев на карточку, кивнул и широким жестом указал на холодильник. Синтетические пайки стоили недорого, как и пиво — самый дешёвый из растворов спирта. Гедимин попробовал сам, прежде чем предложить это сарматам, — спирт чувствовался, горький вкус был выразительным, но неприятным. Четверо из бригады согласились на пиво, остальные достали фляги с водой.
Гедимин, убедившись, что всё в порядке, а на карте ещё осталось полтора койна, поднялся в информаторий. Свободных терминалов было много — пассажиры австралийского транспорта недавно ушли на посадку, и их места никто не успел занять. Гедимин, отмахнувшись от попыток затолкать его в дальний тёмный угол, устроился недалеко от выхода. «Электрические пиявки» — ввёл он в поисковике.
