— Хольгер — настоящий изобретатель. А я просто умею работать, — отозвался Гедимин, крепко сжав протянутую ладонь. — Чем вы заняты? Излучением, синтезом, проколами?
— Пока что — теорией, — ответил Хольгер, вскрывая контейнер с водой. — Но это рассказ на полночи. Помнишь, мы смеялись, что на орбите Сатурна, не иначе, портал — и оттуда выпал корабль с ирренцием? Так вот… Там действительно портал. И там уже побывала не одна экспедиция. И там целая планета из ирренциевой руды. То, что мы подозревали насчёт заражения всей планеты ирренцием, помнишь? С этой планетой это случилось. До сих пор неясно, почему, но, по-видимому, давно.
— Ириен? — всплыло в памяти название. Хольгер кивнул.
— Значит, помнишь. Да, она там. И на ней уже добывают ирренций. Правда, нам там не слишком рады.
— Крейсера? — в мозгу вспыхнуло ещё одно давнее обсуждение.
— И видел бы ты эти крейсера, — кивнул, недовольно щурясь, Исгельт. — Не только наше жалкое подобие флота, но и весь Космофлот Земли ему на один выстрел.
— Дайте атомщику поесть, — фыркнул на них Линкен. — Не поверю ни в какие крейсера, пока сам их не увижу.
Гедимин поднёс контейнер ко рту, стараясь мигать не слишком часто и глотать не слишком быстро, — услышанное никак не укладывалось в голове. «Живые реакторы, порталы, инопланетяне… Почему вокруг ирренция всегда какой-то бред?!» — думал он, сердито щурясь.
— Эй, атомщики! — пробегающий мимо сармат с контейнером под мышкой остановился и подошёл к их столу. Это был Айзек, и он выглядел озадаченным, но довольным, — глаза лихорадочно блестели, ухмылка не сходила с лица. Гедимин поднял руку в приветственном жесте.
— И ты здесь, — пробормотал Константин, тщательно комкая пустой контейнер. Бывший командир «научников» по-прежнему хмурился и смотрел куда-то в сторону, — очевидно, первый день работы не улучшил его настроение.
— А ты чем занят? — спросил у него Гедимин, когда Айзека окликнули, и он умчался.
— Если бы Ассархаддон хотел, чтобы мы обменивались информацией, — медленно проговорил Константин, не глядя на него, — мы бы работали совместно. Займись своими делами, атомщик. А я займусь своими.
Гедимин удивлённо мигнул и хотел задать ещё один вопрос, но Линкен щёлкнул пальцем по его респиратору, и сармат замолчал.
— Это так, — раздался над его головой знакомый голос, и Гедимин резко обернулся, чтобы встретиться взглядом с Ассархаддоном. — Но и подписку о неразглашении я с вас не брал… Как прошёл день? Есть замечания или просьбы?
Хольгер зашевелился и слегка привстал, опираясь на стол.
— Мне обязательно переходить в Химблок?
— К сожалению, да, — кивнул Ассархаддон. — Работа слишком сложна, чтобы обошлись без вас. Не вижу, кстати, почему вам так не нравится перспектива помочь Гедимину в его исследованиях.
Гедимин мигнул.
— Вы о чём?
— Одна из разработок Химблока — если мои надежды на Хольгера оправдаются — будет очень полезна в вашей работе, — ответил куратор, пристально глядя на химика. — Не беспокойтесь, вы успеете побывать за порталом. Возможно, даже построите ещё несколько. Гедимин, ваши замечания по работе?
— Меня не допустили к сборке активной зоны, — сердито сощурился ремонтник. — А у рабочих отсека недостаточно надёжные скафандры. Их нельзя подпускать к ирренцию.
— Как вы недооцениваете работу Кумалы, — едва заметно усмехнулся Ассархаддон. — Вспомните, в чём вы сами работали с ирренцием. Я уверен — всё пройдёт гладко… Ваша очередь, Линкен.
— Мне сказать нечего, — взрывник широко ухмыльнулся. — Мне нравится эта работа.
— Рад слышать, — отозвался куратор. — А вам, Константин?
— У меня нет замечаний, — сухо ответил бывший командир и снова уткнулся взглядом в стол.
— Тоже неплохо, — кивнул Ассархаддон. — Мы будем часто встречаться — иногда здесь, иногда в рабочих блоках. Держите меня в курсе, если что-то случится. Я отслеживаю ситуацию, но что-то существенное может ускользнуть от моего внимания. Не стесняйтесь выходить на связь.
… «Движение: неподвижный относительно центра Солнечной Системы, а также системы Вендана. Взаимодействие с другими объектами: отсутствует. Параметры…»
Гедимин думал раньше, что привык к странным вещам, но сейчас, читая краткое описание портала на орбите Сатурна, он то и дело останавливался, растерянно хмыкал и думал, не снится ли ему всё это. «Портал. Настоящий. В другую галактику. Даже известно название системы. Даже высаживались на планеты. И еле унесли ноги от патрульного крейсера. Сожги меня пучок нейтронов…» — он безнадёжно покачал головой и вернулся к чтению. Шёл второй час предполагаемого ночного сна, но спать сармат и не думал. Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором всплывала схема системы Вендана — и ближайшая к звезде планета под названием Ириен, серая и блестящая, пропитанная ирренцием насквозь.
