Курс к нему от Коровьего холла — 85 градусов. А ветер сегодня юго — юго — запад, то есть около 200, что в свою очередь 115–120 градусов к моему курсу. Спасибо, хоть небольшая попутная составляющая есть, но сносит здорово.
Для маршрутного парителя задача не из тривиальных. Во — первых, поиск потока. Кучевки нет, на небе какая — то хмарь, поэтому в верхней трети ориентироваться не по чему. Наземные триггеры тоже плохие подсказчики: потоки наклонены градусов под 60, а то и более.
Во — вторых, удержаться в потоках непросто — они рваные. В — третьих — слабые. Я набрал только полторы тысячи, значит, в запасе около километра. При подобной погоде в реале метров с четырехсот, ну может, с трехсот, я бы уже искал место посадки и строил заход. Здесь у меня есть «чит», я могу включить маховый полет, чтобы подольше продержаться в воздухе и всё — таки зацепиться за поток.
Поставленная самому себе задача интересная, нет слов. При таких метеоусловиях достичь цели — это вызов, это то, за что потом можно себя уважать. Но вот только вымотался я к этому времени изрядно. Растратил почти две трети шкалы, а кроме того, устал, так сказать, ментально — приходилось постоянно удерживать в фокусе внимания кучу факторов: следить за курсом, куда мне надо и куда сносит, постоянно выглядывать на земле потенциальные источники потоков.
Все — таки утомительно вот так летать: сначала долго ищешь поток, потом стараешься не выпасть из сильно наклоненной «сопли», постоянные мысленные метания — крутить эту или, может, рядом есть что — нибудь посильнее? А вдруг бросишь, походишь — походишь, ничего другого не обнаружив, то брошенный поток найти уже не получится. Из — за сильного боковика продвижение вперед очень небыстрое. Если бы писался трек, то выглядеть он должен как пила с длинными и кривыми зубьями: вот снос по ветру в потоке для набора высоты, вот ее размен для компенсации сноса, вот размазанные петли в поиске нового потока. И так снова и снова.
Да и о простой осмотрительности нельзя забывать: места хоть и менее обитаемы, чем окрестности одного из «великих городов», но встретить игроков на земле или даже в воздухе было реально. Я должен заметить их первым и постараться облететь.
Не в моих правилах сожалеть о сделанных подарках, отдал — значит, отдал. Но где — то на границе сознания нет — нет да и мелькало сожаление о просохаченных из — за какой — то глупой сентиментальности денег. Закупившись эликсирами, я мог бы достичь Утеса за один заход и уже сидел бы на его вершине.
А так все равно придется делать остановку, чтобы восстановиться, да и просто передохнуть. Не люблю оставаться без резерва: мало ли что, второй встречи с кем — то вроде медведей мне точно не надо. То, что прошлый раз меня так кстати выручили, — это случайность. Рассчитывать на случайности не наш метод, в дельтапланеризме такие долго не живут.
Нащупал взглядом возвышающуюся впереди гору. Пока далековато, зато я теперь вполне различал, что отроги более обширны, чем на карте, — целая небольшая горная система, и один хребетик так удачно протянулся в мою сторону. Вот до него я мог попытаться дотянуть.
Смотрю вниз на проплывающие подо мной перелески. Высота медленно, но уверенно расходовалась, мир cнизу как бы поднимался ко мне.
Зафиксировал взглядом скальную «башню», замыкающую отрог. Несмотря на то, что головой я был развернут градусов на тридцать правее (что для неподготовленного наблюдателя выглядело, как будто я летел сильно южнее), скала безо всяких смещений вправо — влево приближалась Такой он, снос ветром! И при этом слегка поднималась относительно линии взгляда. Не долетаю. Вот блин! Придется покружить немного в поисках очередного потока либо помахать крыльями.
Впрочем, пришлось делать и то, и другое. Когда до земли оставалось около шестисот метров, а никаких плюсов по пути так и не попалось, я довернул на юг еще силнее. По направлению к хребту перспективы поиска термиков вообще отсутствовали, зато чуть впереди и здорово южнее виднелось поле, засеянное чем — то желтоватым. Если это какие — то злаковые, с него может хорошо «пыхать». Ветер должен сильно наклонить поток в мою сторону, так что искать зону подъема надо не доходя самого поля. Но как только я развернулся против ветра, мое продвижение вперед замедлилось еще сильнее: ветер, судя по всему, усилился. Земля внизу двигалась еле — еле, несмотря на то что встречный поток продолжал все с той же силой выдувать из меня тепло. Обратил внимание, что начал подмерзать в довесок к голоду и усталости.
