Что, если скучная и полная неудач жизнь - это действительно наказание за прошлое?
Жизнь - несправедливая штука.
Кто-то способен кутить ночь напролёт и на следующее утро просыпаться свежим и бодрым, а для кого-то даже пара бокалов пива может аукнуться разрывающей череп головной болью. Одни проведут ночь с прекрасной нимфой из клуба и обнаружат утром крепкий кофе на столе и прижатую кружкой записку с благодарностями, в то время как другие очнутся от тяжёлого клофелинового беспамятства в разгромленной квартире. Некоторые поднимаются по карьерной лестнице легко и с беспощадной улыбкой победителей, некоторые же обречены всю жизнь топтаться на месте, с ненавистью и завистью глядя на недоступные для них кресла начальников всех мастей.
При этом люди, которым повезло оказаться в стане победителей, склонны приписывать все свои достижения исключительно самим себе, в то время как вечные неудачники рано или поздно приходят к философским размышлениям о том, что звёзды не сошлись, в прошлой жизни карма была чем-то подпорчена, и вообще, судьба-злодейка так распорядилась. Многие даже начинают находить в собственной невезучести какое-то мазохистское наслаждение: смотрите, мол, как меня жизнь пинает! Дорогу, святой мученик идёт! Озвучиваются подобные рассуждения, как правило, в кругу друзей на прокуренных кухнях, когда выпито, кажется, ещё недостаточно много, но бежать за добавкой уже лень. До подобного унизительного самобичевания я, к счастью, не дошёл. Пока что не дошёл, по крайней мере. А может, просто компании подходящей не нашлось. Такой компании, чтобы и выслушали с пониманием, и пьяные слёзы утёрли, и в том, что не всё ещё потеряно, убедили. Со мной в принципе никто особо не общается - слишком уж я для этого сер и скучен.
Иногда я останавливаюсь перед зеркалом в прихожей и подолгу всматриваюсь в своё отражение. Из-за тонкого стекла на меня смотрит худощавый и на подростковый манер нескладный гражданин самой заурядной внешности. Волосы непонятного цвета топорщатся в разные стороны, что в детстве, наверное, выглядело мило, а сейчас - просто смешно. Не самая гладкая кожа. Тонкие губы под крючковатым носом. Глаза навыкате всегда смотрят чуть растерянно, как бы я ни старался придать своему взгляду уверенности.
Мне тридцать с небольшим лет, то есть, если верить умным статьям на различных сайтах, всё, что я мог выжать из себя в плане карьеры, я уже выжал. Получилось негусто - скучная бумажная работа в учебном отделе небольшого ВУЗа. Самодур начальник, к слову, такой же неудачник, но сумевший занять в нашем существующем на государственные деньги птичнике жёрдочку повыше, прилагается. Наверное, мы с ним могли бы стать приятелями, как раз теми, что жалуются друг другу на скатившуюся в болото жизнь, если бы я не опаздывал на работу с завидным постоянством. Эти опоздания доводят его до белого каления, хотя и не вполне понятно по какой причине - от времени моего появления на рабочем месте функционирование учебного заведения не зависит абсолютно, и я достоверно знаю, что из более высокого начальства за трудовой дисциплиной никто не следит. Наверное, ему просто приятнее иметь мальчика для битья, чем товарища по несчастью.
В то утро я снова опаздывал. Моросил мелкий дождь, ветер швырял водяную взвесь мне в лицо, а сквозь непонятно как прохудившуюся подошву ботинка проникала влага. Настроение было мерзким под стать погоде. Я уже в красках представлял, как начальник будет орать на меня, смакуя каждую выдуманную подробность моего опоздания, и рассказывать мне, словно школьнику, о том, насколько я бесполезен и безответственен, будто сам он - важная шишка, с мнением которой считается кто-то, кроме меня. В своих фантазиях я гордо отвечал ему, что он не имеет права на меня повышать голос, что сам он - лишняя деталь в отлаженном механизме нашего ВУЗа, и ещё многое другое, что никогда не решусь произнести вслух. Фантазии фантазиями, а найти новую работу у меня вряд ли получится.
