– Точно. Я все-таки домой поеду… – мне снова стало жаль себя, и слезы побежали по щекам, как весенние ручьи под жарки солнцем. – Не задался у меня сегодня вечер. Глеб бросил, Кирилл едва не изнасиловал…
– Ну, перестать, пожалуйста… – Алекс опять обнял меня. И я поняла, что мне не себя жалко, а просто хотелось, чтоб он меня пожалел. И обнял.
– Все у меня по-дурацки, – всхлипнула я, положив голову на его широкую грудь. Рокотов снова погладив меня по голове, и мне стало совсем хорошо.
– А вот из-за Глеба ты зря расстроилась, – усмехнулся он. – Между нами, он козел.
Мне даже обидно стало за несостоявшегося жениха.
– Ну, знаешь, может он и козел, а твоя Милена – светская курица!
– У нас просто зоопарк получился, – рассмеялся Рокотов, еще крепче обнимая меня.
– Ага, контактный, – развеселилась я.
– Вижу, все налаживается?
– Да, я уже почти в норме. Насколько в данной ситуации это возможно.
– Вот и молодец! Продолжим вечер. Тебе хватит полчаса, чтобы переодеться, ну и на все прочее?
«Все прочее» видимо, подразумевало принятие душа, нанесение макияжа и укладку растрепанных волос.
– Конечно.
– Значит, через полчаса зайду за тобой.
За всеми событиями я забыла, что хотела подарить Алексу запонки. Все еще кутаясь в покрывало, как римская матрона, я прошла через комнату к сумке. Алекс проследил за мной взглядом.
– Ты очень эффектно задрапировалась.
Его слова мне польстили. Я бы еще эффектнее задрапировалась в шелковую простыню из спальни графа. Ох, опять думаю не о том. Какие странные мысли посещают, когда проходит шок!
Замшевый мешочек я нашла в косметичке сразу, вернулась к Рокотову и примостилась рядом с ним.
– С днем рождения, – протянула подарок Алексу. – От меня лично.
Он вытряхнул запонки из мешочка на ладонь и расплылся в довольной улыбке:
– Вот угадала, так угадала!
Алекс замер на мгновение и подставил щеку для поцелуя. Я рассмеялась и коснулась ее губами. Он привлек меня к себе и прошептал на ухо:
– Спасибо тебе, Маргарита…
Дальше все было просто здорово. Я поняла, что значит почувствовать себя принцессой. Алекс и правда, не отходил от меня ни на шаг. Мы много танцевали, и он держал себя очень корректно, не позволяя себе ничего лишнего. А я была бы, пожалуй, даже не против… В разумных пределах, разумеется.
Только к четырем утра народ начал расходиться – кто-то уехал домой, многие остались в резиденции, благо комнат было много, и всех разместили с комфортом. Видимо, Рокотов часто проводил подобные вечеринки, и гости оставались у него на несколько дней.
Алекс проводил меня до двери.
– Еще раз спасибо за подарок и прекрасный вечер, – он поцеловал мою руку.
– Это тебе спасибо за прекрасный вечер. Хорошо, что ты уговорил меня остаться. И спасибо что спас меня.
Я открыла дверь и на мгновение замерла на пороге. Мне показалось, он хотел, чтобы я пригласила его в комнату. Но я не пригласила, хотя тоже этого хотела. Благоразумие взяло верх. Не порвет Алекс с Миленой. Не порвет… А я не буду запасным вариантом. Никогда и не для кого, даже из благодарности за спасение.
«Двенадцать месяцев в году,
Не веришь – посчитай.
Но всех двенадцати милей
Веселый месяц май».
Именно так поется в старинной английской балладе. Веселый месяц наступил на следующий день после дня рождения Алекса. Как и положено. Ведь после 30 апреля всегда идет 1 мая.
По возвращению домой я поняла, что совсем запуталась в своих чувствах. Глеб меня больше не волновал. Все прошло, перегорело и осталось позади. А вот Алекс… О нем я даже думать боялась. Меня влекло к Рокотову, как магнитом. Да и я его, судя по всему, тоже интересовала не только в качестве проектировщика. Но я реалист. Поэтому к своему великому сожалению понимала, что ничего хорошего из этого не получится.
Лучшее лекарство от подобных мыслей и пустых терзаний – погрузиться с головой в работу. Чем я и занялась даже на праздниках, набрав работу домой. А после продолжила в конторе. За короткое время я переделала дел на месяц вперед и почти закончила проект под громким названием «Любовь».
Во всем есть свои положительные моменты, даже в душевных переживаниях и бестолковых метаниях. Но это было днем. А по вечерам, когда я возвращалась домой, все начиналось сначала…
Алекс уехал на праздники навестить родителей, а потом на неделю в столицу по делам. Каждый вечер он звонил мне. Я наливала себе сладкий чай, закутывалась в плед, забиралась с ногами на диван и мы подолгу болтали о всякой ерунде. От этого на душе становилось тепло, и я забывала о благоразумии и о том, что мне надо держаться подальше от этого рокового красавца.
В четверг вечером мне совершенно неожиданно позвонил Глеб. Я была искренне удивлена. Он извинился за шоу на дне рождения Алекса. Долго же он собирался это сделать! Много и пафосно говорил, и, в конце концов, попросил о встрече. Однозначно, не денег просить. Глеб знал, что своих решений я не меняю.
– Что тебе надо? – напрямую спросила я, чтобы сэкономить время.
– Думаю, нам надо вернуть друг другу подарки. А то они будут болезненным напоминанием о прошлом.