Когда она вернулась через пять минут, Роберт смотрел прямо на нее с возбужденным выражением на лице. Но София также уловила другую эмоцию, которая удивила ее.
Она увидела страх в его глазах.
– В чем дело. У тебя все нормально? – спросила она обеспокоенно.
– София, у меня только что возникла идея. Насчет моей докторской диссертации
– Так почему ты дрожишь? Ты должен быть счастлив! – спросила она, успокаивающе дотронувшись до его руки, и села рядом с ним.
– У меня только что была идея.. и если я прав, и она сработает, я не только получу докторскую степень… Мир уже никогда не будет прежним!
Что ты имеешь в виду? – спросила София, сжимая его ладонь.
Зрачки Роберта сжались до размера булавочных головок, на лбу выступили капли пота.
– Прочитай это… последний абзац, – ответил Роберт, вручая девушке туристический буклет.
Она взяла брошюрку и медленно прочла то место, на которое указал Роберт. Там описывалась, как давно, еще в тринадцатом веке, французская церковь узнала о существовании Тернового Венца, который был на голову Христа во время распятия. Во времена средневековья французская католическая церковь собрала огромную сумму денег, эквивалентную нескольким миллиардам евро, приобрела Венец и построила церковь Сент-Шапель, в которой реликвия хранилась и сегодня.
Не понимая значения слов, София вопросительно взглянула на Роберта:
– Ну и?.. я не понимаю…
– На прошлой неделе я встречался с профессором, и он рассказал мне о прогрессе, которого они достигли за последние несколько месяцев, развивая и совершенствуя процесс клонирования, – начал объяснять Роберт. – Хотя профессор прямо не сказал об этом, я полагаю, что, сочетая его последние работы с некоторыми недавними открытиями, сделанными одним из его коллег в Швеции, возможно, удастся взять образец древних остатков крови и очистить его от современных генных примесей, что позволит нам регенерировать свежие генетические образцы, содержащие оригинальный генетический код владельца крови… эффективно регенерируя оригинальную кровь, и из этого генетического материала мы могли бы клонировать человека, которому принадлежит кровь… даже если этот человек умер две тысячи лет назад!
Роберт внимательно взглянул в лицо Софии, чтобы убедиться, что ей понятен смысл его слов.
Но девушка все еще не понимала, куда клонит ее друг.
– И что нам это даст? Какая связь? – спросила она, злясь и расстраиваясь на себя за то, что не может понять его идею.
– Извините, может быть, я слишком тороплюсь, – сказал Роберт, обнимая девушку за плечи.
– Ну, во-первых, по сути, моя идея заключается в том, что, объединив два набора работ из Швеции и Оксфорда, я смогу разработать совершенно новый процесс создания клона из древних образцов крови. Никто другой не делал этого раньше. Это была бы оригинальная работа, которая позволила бы мне защитить докторскую степень в Оксфорде! – Он сделал паузу, чтобы перевести дух. – Но дело не только в этом. Эта церковь была построена в средние века специально для размещения Тернового Венца. Терновый Венец был Венцом из колючих кустов, который был надет на голову Иисуса Христа в момент распятия. Подумай об этом! На всех картинах, изображающих распятие, из ран на голове Христа течет кровь. Терновые шипы пронзили его кожу и пропитались кровью, это ведь было неизбежно. И представь на мгновение, что Терновый Венец, который купила церковь Сент-Шапель, НАСТОЯЩИЙ, я имею в виду, именно тот, который был на голове Христа во время его распятия! Если этот так, то я мог бы найти следы крови настоящего Христа на шипах… и из них… -Роберт сделал паузу, и глядя прямо на изображение Христа на кресте, – из них я смог бы клонировать самого Иисуса Христа! Разве ты не понимаешь? Я мог бы помочь вернуть Иисуса Христа… Второе пришествие Иисуса Христа… возвращение вашего Мессии!
– Так где же он сейчас? – нервно спросил Роберт у гида, держа Софию за руку.
К счастью, они нашли ее вновь. Женщина за информационной стойкой у входа в часовню не говорила по-английски, и они выбежали на улицу, пытаясь найти и догнать туристическую группу, за которой они следовали до этого. Роберт надеялся, что гид что-нибудь знает о Терновом Венце.
Они нашли группу в нескольких кварталах от церкви, и Роберт нетерпеливо выслушал рассказ гида о французской революции и Лувре, прежде чем она позволила группе сделать тридцатиминутный перерыв на чай в кафе с видом на реку Сену.
– Я никогда не видела Венец лично, – сказала она, снимая коричневые очки в роговой оправе и разглядывая ресницами у молодого человека, стоящего перед ней, – но мне достоверно известно, что Терновый Венец сейчас выставлен под сводами собора Нотр-Дам в Париже. Это происходит один раз в год, когда религиозные реликвии выставляют в соборе напоказ для туристов и жителей города. Но вы пропустили это… выставка была в прошлом месяце. Боюсь, вам придется подождать еще год, чтобы увидеть это.
– Он на самом деле настоящий?
