Когда Элли уже меряла обувь, в душевую ворвалась целая толпа народа. Мужчины и женщины весело переговаривались между собой. Кто один, кто всё так же группками разбрелись по своим ящикам. Только мужчина с соседнего ящичка внимательно посмотрел на неё, но ничего не сказал.
Тихо подобрав не понадобившиеся вещи, Элли выскользнула из душевых.
Михаил ждал её снаружи. У стеночки. Между ним и стенами явно что-то есть. Мужчина так и стремится их подпереть своим надежным крепким плечом. Может, у него боязнь открытых пространств? Или он настолько одинок?
«Что-то меня понесло», ― Элли попыталась разогнать абсурдные мысли, но те назойливыми мухами продолжали лезть ей в голову.
По законам физики, ничто не может остаться пустым. Так же произошло с мыслями. Стоило отогнать дурацкие, как на смену пришли серьёзные. Снова и снова девушка перематывала в голове последние разговоры. Сначала со следователем, потом с Королём. Сами собой размышления вернулись к планшету.
Очнулась Элли, когда они почти подошли к большим двустворчатым дверям. Она их уже видела всего несколько часов назад.
– Не моя комната…
– Сейчас обед. Я подумал, что ты наверняка не откажешься что-то поесть. Но если не хочешь, могу отвести назад в комнату.
– А…
Хочет ли она есть? Об этом она даже не задумывалась. Физические чувства отошли на второй план. Так с ней бывало всегда ― стоит во что-то уйти с головой и тело начинало действовать на автомате. И вот сейчас, пока ей не напомнили, она и думать забыла про еду.
– Наверное, хочу. Не знаю. Не уверена.
– Тогда пойдём.
Без лишних слов, Михаил снова пошёл сквозь толпу. Впрочем, сейчас основной человеческий поток шёл в том же направлении, что и они. Девушку волей-неволей несло вперёд, прямо в распахнутые огромные двери.
***
Сейчас в огромной комнате было очень людно. Длинные столы вмещали за собой сразу несколько человек. Перед людьми стояли подносы с едой. Кто-то ел молча, смотря в никуда, кто-то параллельно читал что-то на планшете, а также заметно выделялись большие компании, что очень шумно разговаривали и смеялись. Были и те, кто уже поел и решил немного отдохнуть на диванах. Одна женщина среднего возраста с седеющей косой вязала что-то большое, мужчина читал, пара подростков о чем-то оживлённо спорили, отбирая друг у друга планшет. Встречались даже мамочки с маленькими детьми. В общем, каждый был занят своим делом. И на долю секунды Элли стало жаль, что она не часть этого разношерстного общества.
В силу характера и жизненных обстоятельств, у неё так и не сложился близкий круг людей. Ма и па буквально жили работой. У них не было друзей, к которым можно было бы пойти с семьей. В школе Элли была той самой тихоней, о которой легко можно забыть. Нет, даже у неё было пару приятелей ― один с курса, несколько знакомых по сети. Им она могла иногда пожаловаться, проболтать до ночи и даже выйти вечером в какой-нибудь бар. Однако действительно близкими людьми они не были. Девушка в принципе не сильно понимала, а кого принято считать близкими людьми?
Из размышлений её выдернул уже очень знакомый голос.
– Что ты будешь?
Оказалось, что вместе с мужчиной они уже стояли в длинной очереди за едой. В руках у себя она обнаружила поднос со столовыми приборами. Что? Как это произошло?
– А что посоветуешь?
– Грибной суп у Валерии Петровны всегда выходит отменный. А вот каши не даются. С булочками тоже советую быть осторожнее, порой по рассеянности она замешивает туда не всегда съедобные вещи. Когда это не происходит, то можно съесть их хоть тонну, но если не повезёт…
– Я буду только суп!
– И всё? Шашлычки тоже вкусные. А, их уже разобрали. О, картошка! вырастили наконец!
Элли посмотрела на по-детски сияющее лицо мужчины, впервые отмечая у него хоть какие-то сильные эмоции. Даже шрамы смотрелись не так страшно. И вызваны эти эмоции были едой. Что ж, его любовь явно не стены.
Каждый наполнил свой поднос едой ― у Элли это был грибной суп и грибной же салат, а у Михаила всего было не перечесть. Он даже взял те булочки, о которых предупреждал. Отошли от очереди и стали высматривать свободные местечки. Такие обнаружились не сразу, всё же обед был в самом разгаре. Но вот наконец они поставили подносы на стол, перешагнули через скамейку и уселись рядом. Напротив сидели девушка-подросток, что-то увлеченно печатавшаяся на планшете, и женщина с короткой стрижкой и острым, похожим на клюв, носом. На шее у женщины, словно бусы, висели провода, сплетённые в косичку.
– Н-надеюсь, мы вам не помешаем, ― Элли поняла, что слишком долго смотрит на незнакомого человека и поспешила что-нибудь сказать.
– Нет. Приятного аппетита, ― женщина улыбнулась.
– Спасибо!
Девушка взяла ложку и оглянулась на своего спутника. Не сказала ли она чего-то не то? Разрешено ли ей вообще с кем-то разговаривать? Но Михаил уже во всю пробовал свою еду и ни на что не обращал внимание.
