– Пётр Иванович, – сказал амбал, – я лично прослежу, чтобы у нас больше не завелось всяких пидорасов! – последнее слово он выговорил с особенной ненавистью.
– Советую вам подгужиться с Андгюшей, ведь этот человек будет считать вам загплату.
Все переглянулись.
– Вообще, гебята, на самом деле, хотел вас похвалить. Вы все молодцы! Пгоект «Н-Аудио» зашёл на «отлично». На той неделе мы его сдали, заказчик доволен. Поэтому после обеда…
Наконец, я не выдержал и вставил своё дерзкое слово.
– Погодите, погодите… я что-то не понял. Когда мы успели сдать проект?
– Да, я тоже что-то не понял, – вторил Дима. – Мы же не доделали. Там этот новичок чёрти чего нагородил, за ним ещё править и править.
– Слушайте, сайт сдан, клиент доволен. Так чего вам не нгавится? У нас, кстати, новый клиент появился. Не повегите, это министегство обогоны! Вчега они нам пегечислили деньги. У них заказ необъятный, хватит на месяцы впегёд. Мы с такими клиентами дальше будем гасшигяться, и я ещё сделаю вам отпуск оплачиваемым.
– А… – Дима раскрыл рот от удивления, а через пару секунд улыбнулся. – Ну, тогда ладно.
Я обернулся и попытался всем своим видом с помощью жестов и мимики донести до Димы, что он охренел. На большее меня не хватило.
Пётр Иванович тем временем обратился к людям:
– В общем, дгузья. После обеда всех жду здесь, будем обсуждать пгоект министегства обогоны. Все свободны! А я пойду выбигать с женой отель для отдыха на Мальдивах.
Народ стал постепенно расходиться. Директор подхватил со стула пиджак и бодрым шагом направился к выходу. В этот момент у меня под носом произошло…
… и я резко вскочил со стула, чтобы перекрыть дорогу Петру Ивановичу.
– Стойте, Пётр Иваныч, а что у вас с рукой?
– Какой гукой? – директор вдруг переложил пиджак с одной руки на другую, скрыв гипс.
– Да вот этой вот рукой!
– Сломал на тгениговке.
– Враньё!
Директор от неожиданности не сразу нашёлся, что ответить, а просто уставился на меня.
– Дегзите, молодой человек!
– Да Вы ж ещё вчера были с нормальной рукой! Если бы Вы действительно сломали руку, то лежали бы в больнице как минимум две недели, а то и больше! – я и сам не заметил, как повысил голос.
– Ну, значит, вгачи попались хогошие.
– Ах врачи у Вас хорошие? Сейчас я Вам покажу хорошего врача! А ну дайте сюда!
С этими словами я как клещ вцепился в гипс Петра Ивановича и приложил все возможные усилия, чтобы его снять. Директор, в свою очередь, тоже не сдавался, и пытался вырваться из моей крепкой хватки. При этом он начал дико орать. Меня это не смутило, так как его крики я посчитал очередной провокацией.
Не помню, сколько мы так боролись. Гипс был тугой и не хотел сниматься. Директор тем временем кричал что-то про суд и Кару небесную, отбиваясь от меня маркерами. Наконец, коллегам надоело смотреть, и они силой отодрали меня от директорского гипса, как какую-то дворняжку. Я сразу остыл.
– Ты уволен, – пропыхтел директор, держась за гипс, и убежал из конференц-зала.
Стараясь ни с кем не разговаривать, я собрал вещи и направился к выходу. По пути в коридоре я прошёл мимо того самого амбала, которого назначили главбухом. Краем глаза мне показалось, что он пялится на мой зад.
У меня было два варианта куда идти дальше: это полиция или больница. Взвесив все «за» и «против», я всё-таки выбрал больницу. Потому что для начала надо было выяснить, что на самом деле представляет собой инжектор на груди, и какими лекарствами меня пичкают. От полиции же можно было ожидать чего угодно, ведь, по словам брата, в прибор был установлен маячок.
Кстати, о слежке. Пока я записывался к врачу и дожидался очереди у кабинета, то заменил сразу двух подозрительных крепких парней. Они были одеты как обычные люди, хотя, вполне могли сойти за «спецагентов» в штатском. Как я понял это? Оба парня читали журналы и делали вид, что сидят в очереди, а сами искоса поглядывали на меня. С каких пор люди в современном мире читают бумажные журналы? Один из парней так вообще залипал в «Космополитан».
Настал мой черёд. Я вдохнул поглубже и вошёл.
В кресле за столом сидела тётушка средних лет в очках, миленькая, но с суровым взглядом. Я присел рядом.
– Говорите.
– В общем, у меня странная проблема, – начал я. Подбирать слова было трудно, ведь я сам не до конца понимал, чего от неё хотел. – На меня ночью… установили какой-то прибор. Взгляните.
Я снял майку, а затем бинт. Трубка и «телефонный» провод выпали, свесившись вниз. Перед взором терапевта предстал злополучный инжектор. Она аж очки приподняла, чтобы рассмотреть устройство получше, но при этом она не проявила никаких эмоций.
Очень вовремя.
Терапевт уткнулась в мою медкарту и начала там что-то медленно и долго писать. Меня это встревожило.
– Ну, и чего вы от меня хотите? – наконец, сказала тётушка низким недовольным голосом.
– Что это за прибор, и как его снять?
– То есть, вы сами не знаете, что на себя установили?
– Это не я устанавливал… Короче, я не знаю, просто снимите это с меня! Отправьте меня к хирургу, или куда там… Не знаю.
– И давно у вас проблемы с никотиновой зависимостью?
