– Если бы не Сивилла и Азазелл со своим гениальным планом, клуб стоял бы на месте, а полиция оправдывалась бы перед прокуратурой об отсутствии улик по делу.
– Разве задачей господина Неведомого не было предотвратить произошедшую трагедию? Не я позволил полиции проникнуть в ваш клуб, – ловко защищался Гиппократ необычайно спокойным тоном для безоружного человека.
– Мы все отчасти виноваты, – прогремел сурово голос Демара.
Присутствующие обернулись к Демару и Рендалу, пришедшим на собрание без масок. Вальяжной походкой Демар прошёл к столу и надменным взглядом прошёлся по лицедейским маскам, насмехаясь над их комичной анонимностью.
– Вы пришли без масок, – констатировал Никто, мягко, как при реверансе, взмахнув рукой.
– Не вижу смысла прятать лица, господа. Мне нечего от вас скрывать. Я всего лишь Демар, простой директор Чэйн Боунда.
– Который вы взорвали, – напомнил Никто.
– Не без вашего молчаливого согласия, – парировал Демар.
– После совершённой ошибки должна полететь голова, – потребовал Тэнгу, переключившись с Гиппократа на них. – Это Рендал привёл на своём хвосте легавых. Мы отложили решение его судьбы до следующего собрания и вот мы здесь.
– Заткни своё хлебало, Наоки, – огрызнулся Рендал. – Вы бросили меня в клубе, надеясь, что я сдохну от пули копа. Но вот я снова здесь. Не для того я воскрес, чтобы умереть от заговора двух япошек.
Рендал самодовольно оскалился и, дразня, поманил к себе пальцем Наоки.
– Рендал, как воскрес, так и умрёшь, – прошипел Наоки.
– Это угроза?
– Констатация факта.
– Господа, к чему эти угрозы, – призвал к голосу разума Демар, проведя подушечками пальцев по запылённому столу, присаживаясь за его центр – на место глаголющего голосом Мастера. – Мы здесь для того, чтобы обсудить политику наших следующих действий.
– О каком плане может идти речь, если клуба больше нет? – огрызнулся Наоки.
Демар тяжко вздохнул, расстегнул несколько пуговиц на пиджаке, стягивающем плотный живот, и поднял тяжёлый взгляд на Никто.
– Ты, Такаши, поведаешь мне о системе отмывания моих денег.
– Простите?
– Не нужно делать из меня дурака. Я хочу знать, куда поступали деньги, вырученные на моём клубе.
– На нашем клубе, – поправил Такаши. – И вы прекрасно знаете, куда: на наши оффшорные счета на Кубе.
– Оставь эту лапшу для Неведомого. Я видел все счета, их номера присвоены США. Я хочу знать, куда вы вкладываете деньги или через какой бизнес их отмываете. Не поверю, что многомиллионный улов складывался у Мастера под кроватью. Каким-то образом вы их легализуете, и я хочу знать – как.
Демар говорил необычайно спокойным, настойчивым, призванным успокоить тоном прямо противоположным угрожающе настроенному Рендалу. Блеквелл, облокотившись о кресло Демара, приглядывал за мужчинами, чтобы среагировать быстрее пули, чётче ножа.
– Господин Финансист, – подчёркнуто официально заговорил Такаши. – Каждый в системе Мастера занимается строго отведённой ему функцией. Это сохраняет баланс, нейтралитет, анонимность и надёжность.
– И эта надёжность привела в мой клуб копов и вынудила меня поднять его в воздух, – процедил сквозь зубы Демар.
– Мы не можем сейчас принимать поспешных решений без одобрения Мастера.
– Можем, потому что отныне вашу систему возглавлю я.
Сидевший по правую руку от Демара Гиппократ обратил к нему взор маской. Тэнгу дотронулся до эфеса катаны. И только Никто застыл, точно подвешенная рукой Мастера кукла.
– На каком основании вы устраиваете переворот власти? – спросил Такаши.
– На основании того, что Мастер мёртв.
– Это ложь, – твёрдым, но вибрирующим от волнения голосом сказал Никто, отрицательно качнув белым ликом маски.
– Это правда, Мастер мёртв, – упоительно сладко подтвердил Рендал, на мгновение прикрыв глаза.
– Это так, – продолжил Демар. – Ваш Мастер мёртв. И отныне я, Демар, ваш новый босс. Я управлял клубом, самым сердцем системы, и я имею полное право провозгласить себя его «наследником».
– Могу я узнать, на основании чего вы решили, что Мастер мёртв?
– У меня свой надёжный источник.
Молчащий Годзиро Такаши отнял от лица маску, открывая взору управляющих и глаголющих печальный лик. Он глядел угрюмо в пол, будто борясь с одолевающими его эмоциями, и поднял на Демара взгляд – пугающий, впервые не скрытый фиолетовыми линзами очков, – заплывший бельмом левый глаз и правый, пронизывающий, как лазерный луч снайперской винтовки.
– Вы не отрицаете моих слов, – позволил себе короткий смешок Демар с тенью подобающей ему холодной улыбки.
– Мастер и мёртв? – цокнул языком Гиппократ, склонив голову. – Зачем так спешить, господин Финансист? Ах, простите, Демар. Может, Мастер приболел?
– Ага, приболел ножом в печень, – залился смехом Рендал.
– Вы новый Мастер? – не унимался Гиппократ. – Уж простите, но вы не вызываете страха и трепета, какой вызывал Мастер.
– Рендал, работай, – приказал Демар.
Рендал приблизился к следящему за ним Гиппократу ленивой походкой, не предвещающей угрозы. Но оказавшись за спиной управляющего, как карточный шулер, выскочившим из рукава кинжалом он приложил к горлу лезвие, проговорив жутким хриплым голосом:
