Стволы всех калибров, буквально, заливали водную гладь и корпуса сериек огнём и сталью. Рядом со мной остался только один крейсер и ещё один подранок. Линкоры только разворачивались и направляли на меня свои волыны. По крайней мере на то место, где я был минуту назад. Спасибо тем безумным конструкторам, которые дали мне носовые маневровые и два винта на колонках. Маневренность корпуса просто непередаваемая. Да и РЭБ на высоте, ибо серийки меня, похоже, потеряли.
— Первая штурмовая на связи. Запрашиваю посадку для пополнения боекомплекта и дозаправки, — услышал я хриплый голос через весь тот грохот, что стоял вокруг.
— Добро, первая!
"Грачики" первой эскадрильи начали заходить на глиссаду для посадки, а на палубах уже готовились догружать им БК. Шквальный огонь ПВО позволял мне поднимать и принимать машины даже под таким массированным обстрелом. Пока что, семисотки надо будет поберечь, мало ли какая тварина вылезет.
Музыка уже давно кончилась, но я продолжал с остервенением заливать пространство снарядами. Чуйка взревела раненым тигром и за считанные секунды корпус стал обвесом, после чего "лёгенькая" тушка шлёпнулась ногами на водную гладь. Место в пространстве, которое ранее занимала моя надстройка, пронзили два энергетических залпа. Затем, ещё несколько, более слабых, пришлись бы на место взлётной палубы в районе шахт "Гранитов". Пришла кавалерия Сирен.
— Ха-ха-ха, — не долбанутый, а ехидно- уверенный смех раздался над водной гладью, — а ты быстр.
— Хм, ну спасибо! — Ответил я, после чего сместился влево. На место моей прежней дислокации грохнулась авиабомба. — А вы, как всегда, тормозите.
После этой реплики мне пришлось туго. Эта Сирена была достаточно "адекватна" и сосредоточена, чтобы начать попытки превратить меня в дуршлаг. Пришлось стать водным зайцем и прыгать по водной глади как в лесу. Прикрываясь волнами и используя течения для более лёгкого маневрирования, удавалось большую часть атак отводить. До меня долетала, едва ли, четверть всего того счастья, которое слала противница под корму и в борт.
Однако, парочку залпов прилетело мне в затылок и правую ногу. Волосы на задней части черепушки явно эта паскуда мне спалила! Да и подвижность с остойчивостью из-за повреждённой голени похерились. Не критично, но похерились. Это доставило некоторые проблемы и я начал задумываться об использовании какого-либо козыря.
Но мысли об этом как-то быстро улетели. В очередной раз выползая из-за гребня, я наткнулся на стволы неизвестной конфигурации, смотрящие в рожу. Сирена, кажется "Наблюдатель", недобро ухмыльнулась и хотела было что-то сказать, однако в неё влетело несколько снарядов от японок и моих штурмовиков. Следом прилетело, однозначно, что-то в конфигурации "воздух-воздух" и чего только можно и нельзя!
— Отходи, прикроем! — Проорали мне по каналу связи на международно-пиндосском.
Сирена явно переключилась на атаковавшую её небольшую флотилию и солидную авиагруппу, которые начали её окучивать из всего имеющегося вооружения. Мне ничего не оставалось, как дать дёру оттуда. Это было самое логичное и правильное, что я мог сделать для остальных кансен.
И тут я увидел поле боя. Картина стала ещё более занимательной.
Японская эскадра была в ступоре. Чтобы кансен могла использовать телепортацию, надо чтобы она "пробудилась". Обычно, такое заканчивалось сильными проблемами для флотилий и, иногда, потерями. Но на этот раз всё складывалось наоборот и это служило подспорьем в бою, а не его осложнением.
Такако немного отойдя от шока, подхватила ритм музыки и начала раздавать приказы.
— Шинано, разбомби серийки, пока они перестраиваются! Всем эсминцам, торпеды по сиренам из всех аппаратов! Атаго, бьём линкоры! — Девушка уже не замечала как её боевые подруги начали выполнять приказы и сами действовать.
В небе творилась форменная свалка. Юркие машины Кречета рвали врагов, которых "возили" на себе их винтомоторные собратья. Вертушки не отставали, посылая в след Вражеских исчадий ракеты, снаряды пушек и пулемётов. Авиации явно было чем заняться.
Серийные сирены так же начали терпеть потери. Из-за внезапно появившегося противника приоритеты их ИИ стали конфликтовать и машины, что называется, "зависли". Этим не преминули воспользоваться японки. Шинано, что необычно, начала форменный геноцид мелких и средних кораблей при помощи бомбардировщиков и торпедоносцев. Тайхо и Ханазуки не отставали, выбивая точечным огнём точки ПВО на кораблях противника. Эсминцы мелькали неуловимыми тенями между тонущими остовами оставшихся "болванок". Каждый раз, когда они показывались Сиренам, вражеский корабль получал торпеду ниже ватерлинии или шквал огня в борт.