- Да, конечно, ведь это вы мне позвонили. Что ж, я уже высказал свое мнение. Наверное, в будущем году все равно появится новая модель металлурга, чтобы нам было за что платить. И она будет отличаться от нынешней только умением обращаться с каким-нибудь новым приспособлением для анализа ниобия, а еще через год... Но продолжайте. Почему вы позвонили?
- У меня здесь находится один молодой человек, и я бы хотел, чтобы вы с ним побеседовали.
- Что? - Видимо, новианина это не слишком обрадовало. - На какую тему?
- Не знаю. Он мне не сказал. По правде говоря, он даже не назвал мне ни своего имени, ни профессии.
Новианин нахмурился.
- Тогда зачем же отнимать у меня время?
- Он, по-видимому, не сомневается, что вас заинтересует то, что он собирается сообщить вам.
- О, конечно!
- И этим вы сделаете одолжение мне, - сказал Индженеску.
Новианин пожал плечами.
- Давайте его сюда, но предупредите, чтобы он говорил покороче.
Индженеску отступил в сторону и шепнул Джорджу:
- Называйте его "достопочтенным".
Джордж с трудом проглотил слюну. Вот оно!
Джордж почувствовал, что весь вспотел. Хотя эта мысль пришла ему в голову совсем недавно, он был убежден в своей правоте. Она возникла во время разговора с Тревельяном, потом под болтовню Индженеску перебродила и оформилась, а теперь слова новианина, казалось, поставили все на свои места.
- Достопочтенный, я хочу показать вам выход из заколдованного круга, - начал Джордж, используя метафору новианина.
Новианин смерил его взглядом.
- Из какого это заколдованного круга?
- Вы сами упомянули о нем, достопочтенный. Из того заколдованного круга, в который попадает Новия, когда вы прилетаете на Землю за... за специалистами. (Он не в силах был справиться со своими зубами, которые стучали, но не от страха, а от волнения.)
- Вы хотите сказать, что знаете способ, как нам обойтись без земного интеллектуального рынка? Я правильно вас понял?
- Да, сэр. Вы можете создать свою собственную систему образования.
- Гм. Без лент?
- Д-да, достопочтенный.
- Индженеску, подойдите, чтобы я видел и вас, - не спуская глаз с Джорджа, позвал новианин.
Историк встал за плечом Джорджа.
- В чем дело? - спросил новианин. - Не понимаю.
- Даю вам слово, достопочтенный, что бы это ни было, молодой человек поступает так по собственной инициативе. Я ему ничего не поручал. Я не имею к этому никакого отношения.
- Тогда кем он вам приходится? Почему вы звоните мне по его просьбе?
- Я его изучаю, достопочтенный. Он представляет для меня определенную ценность, и я исполняю некоторые его прихоти.
- В чем же его ценность?
- Это трудно объяснить. Чисто профессиональный момент.
Новианин усмехнулся.
- Что ж, у каждого своя профессия.
Он кивнул невидимому зрителю или зрителям за экраном.
- Некий молодой человек, по-видимому, протеже Индженеску, собирается объяснить нам, как получать образование, не пользуясь лентами.
Он щелкнул пальцами, и в его руке появилась новая рюмка с бледно-сиреневым напитком.
- Ну, говорите, молодой человек.
На экране теперь появилось множество лиц. Мужчины и женщины отталкивали друг друга, чтобы поглядеть на Джорджа. На их лицах отражались самые разнообразные оттенки веселья и любопытства.
Джордж попытался принять независимый вид. Все они, и новиане, и землянин, каждый по-своему изучали его, словно жука, насаженного на булавку. Индженеску теперь сидел в углу и не спускал с него пристального взгляда.
"Какие же вы все идиоты", - напряженно подумал он. Но они должны понять. Он заставит их понять.
- Я был сегодня на Олимпиаде металлургов, - сказал он.
- Как, и вы тоже? - вежливо спросил новианин. - По-видимому, там присутствовала вся Земля.
- Нет, достопочтенный, но я там был. В состязании участвовал мой друг, и ему очень не повезло, потому что вы дали участникам состязания прибор Бимена, а он получил специализацию по Хенслеру, - очевидно, уже устаревшая модель. Вы же сами сказали, что различие очень незначительно. Джордж показал кончик пальца, повторяя недавний жест своего собеседника. И мой друг знал заранее, что потребуется знакомство с прибором Бимена.
- И что же из этого следует?
- Мой друг всю жизнь мечтал попасть на Новию. Он уже знал прибор Хенслера. Он знал, что ему нужно ознакомиться с прибором Бимена, чтобы попасть к вам. А для этого ему следовало усвоить всего лишь несколько дополнительных сведений и, быть может, чуточку попрактиковаться. Если учесть, что на чашу весов была поставлена цель всей его жизни, он мог бы с этим справиться...
- А где бы он достал ленту с дополнительной информацией? Или образование здесь, на Земле, превратилось в частное домашнее обучение?
Лица на заднем плане расплылись в улыбках, которых, по-видимому, от них и ожидали.
- Поэтому-то он и не стал доучиваться, достопочтенный. Он считал, что ему для этого нужна лента. А без нее он и не пытался учиться, как ни заманчива была награда. Он и слышать не хотел, что без ленты можно чему-то научиться.
