И друзья отправились в привокзальный ресторан, где хорошо, плотно поели и забыли об огорчениях, которые доставили им опиумные барыги тем, что не явились на «стрелку».
— Ну что ж. Теперь завезем кейс домой и отправимся в сауну. Там поймаем жирного лоха и запутаем в «лоховскую», — сказал Вася, вставая из-за стола.
Друзья подошли к железной дверце камеры хранения. Алик взялся за первую ручку набора цифр и замер.
— Что это ты застыл в такой гусиной позе? — заметил Тося. — Или это ностальгия по школьному драмкружку?
Алик повернулся к товарищам, и по выражению его лица они легко догадались, что тот забыл цифры кода.
— Интересный сюжет, — проговорил Вася, — есть над чем задуматься.
И они задумались. Подбирать цифры шифра не было возможности, так как через пятнадцать минут подобной работы ими тут же заинтересовались бы работники охраны.
— Можно сказать этому черту, который имеет ключ от всех ящиков, что мы забыли цифры. Пусть открывает, — неуверенно промолвил Алик.
— Этот черт возьмет с собой мусора, который спросит: А что лежит в вашем «дипломате»? А затем проверит, все ли совпадает, — парировал Вася.
— Нам не остается выбора, — заявил Тося, — без денег и волыны мы уйти не можем. Значит, придется рисковать. Разыграем, кому идти к дежурному. — И он достал из кармана колоду карт. — Кто вытащит меньшую, тот и пойдет.
— Я не согласен, — запротестовал Вася. — Алик наломал дров, а мы теперь должны совать голову в петлю.
Алик стоял молча, потупив взгляд, осознавая ошибку. Тося внимательно взглянул на своих друзей. Немного подумав, сказал:
— Для дела нужно, чтобы шел я. Дай-ка мне свой галстук, братка.
Тот быстро снял галстук и протянул другу. Вася хотел что-то сказать, но Тося его остановил:
— Помолчи минутку, мне нужно сосредоточиться. Вы пока погуляйте у входа.
Тося завязал галстук. Застегнул плащ на все пуговицы и твердой походкой направился к дежурящему в камере хранения милиционеру. Увидев приближающегося к нему человека, тот встал со стула и одернул китель. По его выправке Тося почувствовал, что произвел положительное впечатление.
— Извините, что приходится беспокоить, — сказал Тося, подойдя к держащему руки по швам сержанту. — Произошла оказия. До отправления поезда осталось пять минут. Только что объявили. Я прибежал за своим «дипломатом» и тут понял, что забыл цифры кода. А в «дипломате» командировочное удостоверение и документация из министерства. Прошу вас, поспешите помочь мне, так как времени осталось совсем мало.
Тося говорил, насупив брови, чеканя каждое слово, При этом он пристально и уверенно смотрел в глаза сержанта, который не мог выдержать этот взгляд — взгляд генерала, корящего за малодушие своих бойцов.
Как только Тося закончил свою речь, сержант подозвал мужчину в униформе и попросил Тосю указать ячейку с дипломатом.
Когда работник вокзала открыл ключом нужную дверцу, сержант взял кейс и извлек его из стального ящика. Он подставил колено и, положив на него «дипломат», приоткрыл рот, желая что-то сказать. В этот момент Тося поднял правую руку, согнутую в локте, и тут же выпрямил ее, чем акцентировал значение поступка. Сержант посмотрел на Тосину ладонь, направленную для рукопожатия, и инстинктивно протянул свою. Когда их руки соединились, милиционер почувствовал хруст новенькой банкноты в своей руке.
— Большое спасибо за оперативность, — сказал Тося.
Высвободив свою руку, он потянулся за кейсом. Сержант, борясь с противоречиями между долгом и полученным четвертаком, протянул кейс Тосе.
— Честь имею быть вам полезным, — вымолвил он.
Но Тося уже спешил прочь. У выхода его нагнали Алик и Вася, и все трое весело помчались на стоянку такси.
— Ну и умняк ты состроил, — сказал Вася, обращаясь к Тосе, когда такси несло их по широкому проспекту подальше от места, где в течение нескольких часов они успели пережить разочарование и пройти по краю пропасти. — Ты бы видел себя со стороны. Работник партаппарата, не иначе. Глядя на тебя, у домонхана и мысли не появилось проверить кейс. Хотя это странно: вдруг он вовсе не твой? Ведь так можно любую вещь насунуть.
— Наверное, можно, — ответил Тося, подумав. — Но пробовать мы не станем. Скажу вам честно: я и не надеялся, что этот болван так легко отдаст чемодан. Я решил, что, если он потянется к замку, чтобы открыть его, скажу: «Извините, но это не мой дипломат» и тут же укажу на другую дверцу. А когда кейс закроют на прежнем месте и в другой ячейке окажется какая-то сумка, можно было сыграть рассеянного командированного, который перепутал камеры хранения, и пойти за женой на перрон. Так что не такой уж большой был риск. На крайняк мы бы остались без денег и без плетки, но зато на свободе и вместе.
— Да-а-а, — протянул Алик, — все зависит от того, как подходить к образовавшейся проблеме. Я вот ноготь сгрыз, ожидая тебя. Ау Тоси все легко и просто: ну попросил мусора открыть дверцу, за которой лежат как минимум шесть лет, делов-то. А если что — извините, ошибся…
