Мир жесток. Что за нелепость? Всем и так это прекрасно известно. Но что случится, если в любой точке мира будут открываться магические порталы, через которые на людей станут нападать настоящие монстры из книг, игр или фильмов? Как изменится мир? Какие люди в нем будут жить? Все это предстоит узнать Андрею Смирнову. Круглому сироте, выбранному системой и без класса.
— А-ха-ха-ха-ха! Что за неудачник?.. — обступив со всех сторон, чтобы тренер и воспитательницы не могли ничего рассмотреть, повалив на беговую дорожку, в очередной раз насмехались надо мной монстры, по какому-то немыслимому заблуждению принимаемые всеми за детишек. И с этими существами мне, сколько себя помню, приходится сосуществовать в одном из приютов Москвы. — Этому слабаку хватило лишь пары ударов! Ха-ха-ха!
Сколько бы ни пытался их игнорировать или избегать, один раз дав отпор — на месяц загремел в больницу, эти твари не оставляют меня без внимания. Боюсь, скоро или я, или они не выдержат, и случиться нечто поистине ужасное, о чём свидетельствует мой сжатый до боли кулак в очередном приступе бессильной ярости. Разве я виноват, что родился с системным изъяном? Ногти до боли впились в кожу, зубы заскрипели. Ощутил на ладони тёплую влагу.
— На ногах устоять не может… — пнул меня кто-то в бок. — Слабак!
— Что за ничтожество! — возмутился их заводила Марк — мускулистый парень под два метра ростом. — И это позорище собирается стать Игроком как мы? Слушайте, парни, — кровожадная улыбка расплылась на его лице, — разве мы можем позволить, чтобы это ничтожество пятнало в будущем наши с вами имена?
— Слушай, братан. — призадумался один из его ближайших прихлебателей. — Ты прав! — а за ним и другие шестёрки один за другим поддерживали своего предводителя, толком не осознавая, насколько возглавляющая их тварь может быть безумной. В отличие от того парня, что месяц назад по случайному стечению обстоятельств оказался до конца своих дней в инвалидном кресле. Только дурак поверит, что он сам выпрыгнул из окна четвёртого этажа. Наверняка проверял, умеет ли он летать… — Он будет для всех нас бельмом на глазу.
— Этого нельзя допускать! — продолжали поддакивать окружившие меня. — Нас тогда ни один клан… то есть гильдия к себе не возьмёт.
— Рад, что вы парни разделяете мои опасения. — улыбка на лице главаря стала совсем безумной. Окажись рядом настоящий охотник — уже бы пристрелил его как бешеную собаку. — Давайте уволочём этого слабака в место потише… — осмотрелся заводила в поисках подходящего места. — Чтобы нам никто не помешал.
И это существо может стать Игроком? Его же ближе чем на сотню метров к обычным людям подпускать нельзя! Может, я сегодня и лишусь последнего шанса на нормальную жизнь, но тебя прихвачу с собой… вырву этой твари глотку. Руки трясутся, но не от усталости, ноги напряглись до скрипа штанов, и я уже был готов сорваться в единственном и самом важном за всю жизнь прыжке, пока меня не скрутили окончательно, еще мгновение и…
— Вы что это здесь устроили⁈ — вернул меня к реальности очень злой голос нашей воспитательницы — Марии Ивановны. — Вы опять за своё? Живо расступились! Кого вы там прячете? — монстры неохотно разошлись, в последний раз упуская свою добычу. Плевать на благоразумие, я здесь больше не останусь. — Андрюша! Что они с тобой сделали?
— Ничего. — буркнул, под смех окружающих, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду. — Мы всего лишь тренировались. — Хоть я их и ненавижу всей душой, но стучать никогда ни на кого не стану.
— Да, верно, Мария Ивановна. — поддакнул Марк, а шестёрки его отступили за спину своего предводителя. — Мы просто тренировались.
— Знаю я, как с тобой тренируются. — прищурилась воспитательница на парня. — Слишком мягко с тобой в прошлый раз обошлась директор. Смотри у меня, — покивала ему угрожающе пальцем, только едва ли это что-то изменит, — однажды доиграешься. Никакие показатели тебя тогда не спасут.
— Это решать не вам! — фыркнул монстр, недовольно скривив морду, развернулся и побежал по дорожке. — Вперёд парни, тренировка сама себя не закончит. — прихвостни посеменили следом, оставляя меня с крупной, лет пятидесяти-шестидесяти, но очень доброй женщиной наедине.
— Андрюша, ты как? — поддержала за руку, в чём я уже не нуждался. — Если они что-то сделали — не молчи, говори как есть.
— Я ведь уже сказал, всё нормально! — на эмоциях повысил тон и мигом замялся, понимая, на кого именно срываюсь. — Простите. — эта женщина единственный человек в мире, что всегда относился ко мне с добротой. — Я не хотел, — опустил виновато взгляд, — со мной правда всё нормально.
— Молчать на твоём месте очень глупо. — попеняла меня взглядом, недовольно мотая головой из стороны в сторону. — Марк и его дружки ходят по очень тонкому льду, ещё одна провинность и-и-и…
— Они мне ничего не сделали. — полностью вернул самообладание. — Но не могли бы вы отвести меня к директору?
— Ну наконец-то! — похлопала меня по плечу женщина, счастливо улыбаясь, ошибочно истолковав мои намерения. — Теперь им точно несдобровать. В печёнках у меня уже сидит этот Марк со своими дружками! — как и у меня. Только сделать с ними я ничего не могу, сколько бы усилий на тренировке ни прилагал.
