Двор, в котором по периметру росли абрикосы, был огорожен полутораметровым забором из окрашенного в салатный цвет штакетника. Деревья и забор неплохо маскировали дом, скрывали от посторонних…
Я прибыл сюда вчера вечером. Немного пошатался по местности и обнаружил свое временное пристанище, которое тут же обследовал, не углубляясь в детали, поскольку не считал, что тут кто-то заинтересован в моей скоропостижной кончине.
Судя по всему, в доме давно никто не жил. Я потратил два с половиной часа, чтобы придать жилищу более или менее приличный вид. Затем истопил баньку, использовав почти треть всех запасов топлива (обрезки досок и старого штакетника), и довольно хорошо попарился, исхлестав себя за неимением березового веника огромной мочалкой.
После бани я выпил две бутылки пива, предусмотрительно приобретенные в аэропорту, и завалился спать, проигнорировав сигналы пустого желудка – завтра, дорогой мой, мы тебя наполним. И прекрасно выспался.
Странно было снова оказаться среди людей, свободным, забыть о режиме и не ощущать на левом запястье проклятый браслет, который может каждую секунду шарахнуть током, если неправильно себя поведешь…
Утром последнего дня в школе мне вкатили снотворное, и я очнулся уже в аэропорту, в такси, обнаружив, что от меня почему-то разит алкоголем, а таксер сочувственно и несколько укоризненно качает головой. Браслета на левом запястье не было, так что даже и не знаю, каким образом товарищи его сняли. Наверное, так же как и надели.
Прочитав на здании аэровокзала название города, я посмотрел на часы и определил, что с момента инъекции до моего очухивания минуло шесть часов. И тут же сообразил, несмотря на некоторый туман в голове, что этот факт мне абсолютно ничего не говорит: все это время я мог спать на одном месте или перемещаться со скоростью 90 километров в час. Ну и ладно…
Попытавшись рассчитаться с таксером, я услышал, что за все уплачено, и выяснил, что погружение тела в салон состоялось полчаса назад в городе, под вручение изрядной, ха-ха, суммы, вдвое превышающей тариф, и получение наказа дождаться, когда клиент самостоятельно выберется из алкогольного забытья. Ну и ладно.
Спустя полтора часа я благополучно рухнул в кресло самолета и полетел на дело…
И вот я сидел уже в плетеном кресле на террасе чужого дома, плотно позавтракав тем, что сам притащил из находящегося довольно далеко универсама, любовался на белые гребешки волн и не торопясь пил кофе.
Интересно, каким образом товарищи собираются вручить мне задание? В доме стоит телевизор, причем в исправном состоянии. Только почему-то мне так кажется, вряд ли они припрут компьютер с дискетой, которая содержит исходные данные. Слишком громоздко – это не папка с бумагами. Кроме того, при передаче я обязательно буду контактировать с тем, кто это все притащит. И обязательно запомню его.
Папка с исходными данными? Ну что, вариант вроде бы вполне приемлемый. Только опять придется им идти на контакт. Вполне допустимо, что папку они спрячут где-то поблизости и по телефону сообщат о месте закладки. Но кто может дать гарантию, что телефон не прослушивается?
По той же причине можно исключить вероятность того, что задание будет продиктовано по телефону, – понадобится минут сорок, чтобы я все продуктивно воспринял, делая по ходу изложения пометки. Зная недостатки нашей телефонной сети, можно предположить, что, даже если телефон и не прослушивается, какой-нибудь мудак влезет в разговор и с интересом вникнет в информацию особого рода.
Чего же там они придумают? А впрочем, это их проблемы и они мастера, а я пока только стажер. Так что можно спокойно сидеть, дышать свежим воздухом и любоваться морским пейзажем.
В 12.00 зазвонил телефон. Я вздрогнул и оживился – оно? Или ошиблись номером? Ждал некоторое время – телефон смолк, затем спустя три минуты зазвонил вновь. Оно…
Покинув террасу, я прошлепал в комнату и взял трубку.
– Четвертый?
– Да.
– Посмотри под мойкой, на кухне. Ясно?
– Ага.
– Кремлевские башни. Понял?
– Не понял. Какие башни?
– Потом поймешь. Запомнил?
– Ну да, запомнил.
– Практическое занятие номер 24. Повторяю: практическое занятие номер 24. Усек?
– Хм… Усек.
На том конце повесили трубку. Во время разговора я смотрел на часы. Диалог длился не более тридцати секунд.
Я вышел на террасу, плюхнулся в кресло и крепко задумался, уставившись вдаль. В школе мне почему-то казалось, что материал для практических занятий подбирают от фонаря, чтобы наиболее наглядно показать типичные ситуации и произвести запланированное впечатление. Выходит, я был не прав. Оказывается, это были реальные люди, которых я играючи убивал на бумаге.
Практическое занятие номер 24 я помнил наизусть, поскольку в школе меня заставили повторить его пять раз, ссылаясь на то, что я неполно изучил личность преступника и потому плохо подобрал ему естественную смерть.
Я злился, вновь и вновь вглядывался в фотографические изображения, вчитывался в экранную строку и пытался сообразить, чего хотят от меня преподаватели.
