Я ждала от герцога какой-нибудь гадости, была уверена, что рано или поздно он меня раскусит, и вот этот момент наступил. А я совсем не уверена, что он не может воплотить свои угрозы в жизнь, от него всего можно ожидать.
Дочитав письмо, я бросилась в ванную. Меня затошнило от ужаса и отвращения и вывернуло прямо на подол. Удивительно, но эту реакцию на страх, смешанный с отвращением, мое тело получило от сущности Элеоноры. Я с трудом замыла пятна и избавилась от мерзкого запаха. Когда же возвращалась в комнату, пошатываясь от внезапно накатившей слабости, меня поймали надежные руки моего мужа.
- Лиена, родная, что случилось? На тебе лица нет!
Я молча указала ему на стол, где так и валялось письмо герцога. Тарг взял бумажку в руки, прочитал, нахмурился, перечитал еще раз...
- Где мы с Ангером прокололись? Как мог он так быстро все узнать?
Я махнула рукой.
- Лучше спроси, где мы все НЕ прокололись. Я удивляюсь, что он так долго пребывал в неведении.
- А с тобой что случилось? Ты испугалась, моя родная?
- Можно и так сказать, но скорее мне стало очень противно. Как будто дерьма нахлебалась.
Он прижал меня к груди и стал гладить по плечам и спине, приговаривая:
- Бедная моя девочка, родное сокровище, радость моя... Не бойся, моя сладкая, все будет хорошо.
Но голос его звучал неуверенно. Я вывернулась, взяла его за плечи и заглянула в глаза:
- Тарг? Ты пришел мне что-то сказать? Что-то плохое?
- Ну да. Сегодня утром были захвачены Каритти и Нераминия. Герцог начал войну без объявления. Я только что провел совещание большого круга.
Знаю я это совещание большого круга. Всех действующих военачальников вызывают по магической связи с помощью большого медного блюда или подноса. Они слышат друг друга, а в начищенной меди еще и видят того, кто говорит. Проводят такие только в экстренных случаях, в остальных предпочитают почту, потому что маг после такой растраты сил почти сутки лежит пластом. Ой, надо Ангера проведать!
Тарг почувствовал мои мысли.
- Не беспокойся, милая, с Ангером сейчас сидит Сенар. Думаю, ее присутствия достаточно. Я пришел, чтобы позвать тебя в гавань. На подходе эскадра Эстерса. Он не ответил на вызов, не участвовал в совещании и еще ничего не знает.
Я быстро сменила платье с обляпанного на чистое и мы даже не пошли, а побежали в порт. А там нас опять ждали нерадостные новости.
Веррукку удалось разблокировать, капитаны кораблей поняли, что подчинялись приказам изменника, и вышли в море. Но когда в гавань устремились суда купцов, раздался страшный взрыв и оба форта взлетели на воздух.
Комендант не стал ждать следствия, суда и казни, он поторопился уйти, но так, чтобы нанести как можно больший вред оставшимся. Но этого мало. Пока разбирали завалы и наводили порядок, случилось еще одно происшествие. Ночью на флагман пробрался убийца и напал на графа Эстерса. Нападавший при попытке бегства был застрелен.
Адмирал тяжело ранен.
В Веррукке не нашлось умелого мага, способного вылечить такое ранение, и графа привезли сюда.
Его снесли на берег на носилках, и я подивилась, как он еще жив: проникающее ранение брюшной полости здесь без колдовства лечить не умеют, а мага-лекаря на корабле не было. За пять дней до Берзенга должна была развиться инфекция.
Рикар был без сознания. Серый цвет кожи, заострившийся нос, на бледном лбу выступили бисеринки пота... У мужика перитонит. В нашем мире ему бы сделали экстренную операцию и молились бы за благополучный исход. Здесь пришлось полагаться на искусство мэтра Рогена.
Оказалось, в этом мире тоже нужна срочная операция, только происходит она не совсем так, как у нас. Роген осмотрел раненого, велел накрыть полотном большой стол и уложить пациента туда, раздев догола. Спросил, не боюсь ли я крови. Ага, дипломированного медика об этом спрашивать смешно, но Роген об этой стороне моей сущности не подозревает.
В результате у распростертого тела адмирала собрались четверо: сам Роген, я, Гредин и один их придворных, опытный воин, прошедший не одну кампанию. Камари, мечтавшая помочь, увидела кровь и упала в обморок.
Пол, стол и все вокруг было идеально вымыто, все тряпочки, пеленки, салфетки и простыни выглажены горячим утюгом. Тут тоже имеют представление об асептике и антисептике. На отдельной чистой салфетке лежали инструменты, я еще подивилась, как они похожи на наши, земные. В кувшинах стояли зелья.
Для начала Роген велел нам всем вымыть руки и подержать их в жидкости синего цвета, которую он для удобства налил в тазик. Это, похоже, антисептик. Сам проделал то же самое. Затем той же жидкостью вымыл живот Рикара, влил ему в рот содержимое небольшого пузырька и полоснул по коже ланцетом.
