Вот только меня никто не спрашивал, родичи уже решили, что свадьба состоится в конце следующей зимы. А пока что… Мне доверили вручить подарок. Формально — от нашего рода — роду невесты. Реально же — от меня. Ведь я и идею подал, и своими руками подарок изготовил. Арам, глава эребунских Еркатов, высоко оценил и то, и другое.
— Спасибо тебе, красавица, порадовала нас своим танцев, усладила взор. Но мне кажется несправедливым, что все твою красоту видят, а ты сама — нет. И чтобы исправить это, наш род дарит тебе вот эту вещь. Только аккуратнее, она хрупкая, не урони, а то разобьётся!
— Ах!
Она всё же уронила зеркало, но я был начеку, успел поймать. Улыбнулся, успокаивая и вернул. Было бы из-за чего ахать, право слово! Обычное зеркальце, не очень даже и большое, примерно двадцать пять на шестнадцать сантиметров. Деревянная лакированная рама, украшенная резьбой (вот это — не моё, я только лак наносил), стекло, на нём тонкий слой серебра, защищенный от воздействия атмосферы толстым слоем лака.
В принципе, ровное и прозрачное стекло мы уже умели варить, лак тоже давно научились делать, а про раму с резьбой я и вовсе молчу, это задолго до меня умели. Новшеством тут был слой серебра.
Формально, в этом тоже ничего сложного. Обычная «реакция серебряного зеркала», нагревают раствор соли серебра в аммиаке с глюкозой. Ха! Эту реакцию делают в средней школе, в ходе лабораторных работ. Вот только вы свою работу помните? Правильно! Налёт на пробирке получался неоднородный и, скорее, чёрный, а не серебристый.
Начать с того, что растворимых солей у серебра не так уж и много, только нитрат и ацетат. Но азотной кислоты у меня сейчас нет, а в уксусной серебро не растворяется. Пришлось идти кружным путём. Сначала подверг серебро воздействию концентрированной серной кислоты, а полученный сульфат серебра растворил в концентрированном нашатыре. И уже этот раствор восстановил глюкозой[1].
Думаете, всё? Чёрта с два! Стекло пришлось предварительно тщательно обезжиривать спиртом и ацетоном. Да и слой серебра получался неоднородным.
Пришлось удачные участки защищать слоем лака, а неудачные — повторно растворять в концентрированной H2SO4.И так — раз за разом.
Пока получил вот это вот «зеркальце», операцию пришлось повторить раз тридцать. Успел неоднократно всё проклясть и заречься, что за следующее зеркало без азотной кислоты не возьмусь. Но… Мне кажется, оно того стоило!
Мой подарок стал «гвоздём программы», ахали не только местные дамы, но и мужики. А Исаак, единокровный брат Арама, его только что не облизывал. И в глазах у него явно мелькали мешочки с серебром, вырученные за такую диковинку. Нет, серебряные и бронзовые зеркала тут имелись, но качество изображения там оставляло желать лучшего. И мутновато, и поверхность неровная, так что искажения сильно мешали. А тут — прямо как со стороны на себя смотришь. Красота!
Вот после пира — снова началась беседа. К счастью, вёл её не я, а Долинный, как старший из близких родичей. Вот только при этом все наблюдали за мной, считывали реакцию, оценивали. А я даже не мог «уйти в медитацию», перебирая чётки, ведь надо было вникать в местные расклады.
Хм… А они тут интересные! Местные Еркаты давно уже большую часть доходов получали не от изготовления оружия и других изделий из железа, меди или бронзы. Нет, это тоже было, и мой тесть представлял как раз такую, «кузнечную» или «производственную» фракцию. Грубо говоря, возглавлял тех, кто в буквальном смысле этого слова ковал славу рода своими руками.
А Исаак, похоже, был лидером «торгово-финансовой» части клана. Говоря привычным в оставленном мной времени языком, их клан осуществлял торговое кредитование, клиринг расчётов, выступал налоговым агентом перед царем и организовывал работу на давальческом сырье.
Что, непонятно? Извините, это я так, «пальцы гну», повторяя термины, услышанные от некоторых из моих бывших учеников. Говоря попросту, именно Еркаты из Эребуни были тут эдаким «Торговым домом Еркатов». Серебра, не говоря уж о золоте, для нужд торговли решительно не хватало, поэтому она носила, в основном, меновый характер.
Вот мои будущие родичи и выступали гарантами оплаты. Именно они выпускали те самые «жетоны», на которые были выкуплены мои родичи из плена колхов. Их обязательства принимали все — углежоги, поставщики руды, кузнецы, перевозчики, собственники медных рудников, поставщики соли и зерна, производители кирпичей и посуды, дикие колхи и купцы из Колхиды…
Эребунские же Еркаты, если возникала нужда, кредитовали царя, а возврат кредитов происходил «зачетом» из уплачиваемых налогов. Нужда же возникала часто, особенно во время долгой войны.
Так что, с одной стороны, царский дом сейчас был перед эребунскими Еркатами «в долгах, как в шелках». Но с другой стороны — «это были обязательства предыдущей администрации». А вы что, думали, что это определение в Соединённых Штатах придумали? Долгов наделал персидский сатрап. Потом — армянский царь, но другой, воевавший на стороне Персии. А нынче нами правит кто? Правильно, вассал Македонского.
