За ними оказалась огромная гостиная, не уступающая обстановкой кабинету Пахана, но больше соответствующая женскому вкусу.
Декор определённо подбирался для девушки. Очень богатой русской девушки.
Это так чудесно. Но, эээ, где я буду спать?
Вздохнув, он пересёк комнату, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Мы прошли в смежный кабинет с шикарным новеньким "маком", затем кинотеатр с экраном во всю стену, и, наконец, достигли спальни.
Войдя внутрь, я пробормотала:
О-фи-геть.
Извини?
Ты, наверное, издеваешься. - Я крутанулась на месте, оглядывая массивную кровать, ручной росписи комод размеров с лифт, портьеры, шелковые кисточки на которых были с моё предплечье. Под ногами сверкающий мрамор пола устилали восточные ковры. На потолке затейливо выполненные лепнины были покрыты золотом. Основным цветом был мой любимый - нефритово-зеленый.
Пахан ведь не сделал это специально для меня?
Конечно, сделал. Ведь ты его дочь. Он получал огромное удовольствие, пытаясь представить, какой ты окажешься.
И ты знал, что зеленый - мой любимый цвет.
Он наклонил голову.
Это напоминание о его вмешательстве в мою жизнь почему то уже не вызывало такое раздражение, как раньше.
Ну, хоть какой-то толк от этой слежки, а?
Проигнорировав последнее замечание, он сказал:
Наряды для тебя в гардеробах.
В гардеробах - во множественном числе?
Естественно.
О. И кто выбирал эту одежду?
Стилист. Если тебе что-то понадобится, она будет ждать твоего звонка.
Рядом с экстравагантной приветственной цветочной композицией я заметила кожаную папку и несколько подарочных коробочек. Папка содержала набор кредиток и список телефонов Ковалева, управляющего имением, конюшни, моего стилиста, горничной, кухни.
Мне дождаться Пахана, чтобы открыть подарки?
Севастьян поднял брови:
Что-то мне подсказывает, что скоро прибудут новые.
В первой коробке лежал смартфон, который словно был прислан из будущего. Я на неделю раньше могу позвонить Джесс, чтобы уверить в том, что я жива, и, в конце концов, смогу связаться с мамой. Правда я понятия не имела, что ей сказать.
Другие коробки - из таких магазинов, как Картье, Гарри Винстон, Микимото и Бучелатти - были полны сверкающих драгоценностей: короткое ожерелье из трёх нитей жемчуга, сапфировые серьги, цепочка с изумрудным кулоном и браслетом в комплекте. Этот браслет был таким массивным и крепким, что с его помощью я могла отбивать даже пули, как какая-нибудь Супер-женщина.
Повернувшись к Севастьяну, я пошутила:
Должно быть, драгоценностей здесь на миллион долларов.
Когда он поднял ладони в жесте "ну что тут поделаешь?", я вскричала:
О, Боже. Так и есть! - и судорожно вздохнула. Эта ситуация была слишком дикой - переполняющей. Я живу во дворце. Я действительно не пойду завтра в университет, вместо этого стану играть в шахматы со своим отцом-миллиардером.
Это была моя "новая жизнь" на "обозримое будущее".
Я подошла к балконным дверям и распахнула их, чтобы впустить немного свежего воздуха. Стоя там, я любовалась, как туман опускался на ухоженные сады, и по всему поместью начали зажигаться фонари.
Севастьян присоединился ко мне, подойдя к балконным перилам. И меня вновь захлестнуло ощущением близости. Но он оставался совершенно холоден.
Что это за строение? - спросила я, указывая на двухэтажный особняк, расположенный по диагонали от нашего крыла. Как и в случае с озерным павильоном, архитектура и цвета, использованные в оформлении, сочетались с главным зданием. Рядом был припаркован блестящий черный мерседес, похожий на тот, который Севастьян арендовал в Линкольне.
Мой дом, - ответил он.
Ты живёшь здесь?
Da. Хотя у меня есть квартира и в Москве, - тон его ответа без сомнения намекал на мой комментарий об обыске его комнаты - и других вещах. Например, о наблюдении за тем, как он будет мастурбировать.
Я сглотнула, вглядываясь в его лицо, этот мужчина вызывал столько вопросов. О чём он сейчас думает? Как он получил этот сексуальный шрам на губах? Кто сломал ему нос?
Целовал ли хоть кто-нибудь эту слегка неровную переносицу?
Наверное, ты скучал по этому месту, когда околачивался в Линкольне.
Он пожал плечами.
Сейчас я возвращаюсь вниз.
Я прошла за ним в комнату.
О чём тебе так срочно нужно поговорить с Паханом?
Надо обсудить личные вопросы, Натали, - бросил он через плечо.
Я прищурилась.
Ты расскажешь ему о нас, да?
Он резко повернул голову в мою сторону.
Нет никаких нас, - произнес он с такой горячностью, что я чуть не отпрянула.
Ты знаешь, о чём я.
Я собираюсь признать, что вёл себя с тобой недостойно. Я обязан это сделать.
Ковалёв мне очень нравился, но, по правде говоря, знала я его недостаточно. Какое наказание может повлечь за собой подобный проступок?
Он очень рассердится? - Представить, как Ковалев выходит из себя, я не могла, но, с другой стороны, я не могла представить и то, как он шантажирует политиков.
На тебя? Не рассердится совсем. Что касается меня, то явно не сильнее, чем я сам на себя зол.
Севастьян начинал меня бесить. Я бросилась за ним:
