Профессиональный инстинкт полностью

Максим. Надо так надо. Давай, Неволин, заходи с того боку… Сейчас мы его…

Максим и Неволин подходят к шкафу с бюстом.

Максим. Ну, что? Понесли?

Виктор. Какое-то дурацкое ощущение… Будто мы мерзость какую-то затеваем.

Максим. Ну ладно, мы же не человека хороним!

Виктор. Уверен?

Максим. Слушай, кончай свою мистику! А то мать сейчас реветь начнет…

Виктор, Максим и Неволин подступают к бюсту, с трудом поднимают его… Возгласы: «Тяжелый какой!.. Неудобно… На меня подавай!.. Руку перемени!.. Ой, пальцы!»

Вера Александровна (бросается к ним). Осторожно! Разобьете!

Максим и Неволин опускают бюст на пол.

Максим. Мать, ты что – псих? Хочешь, чтобы тебе на ногу свалилось? Ну разобьем, ну и что? Мы же его закапывать несем! В яму, а не в музей!

Вера Александровна. Какой ужас! За что мне все это?

Максим. Виктор, да скажи ты ей! Или мы сейчас закончим этот сумасшедший дом, или… или давайте все вместе дружно сходить сума! Хором! Это же глина, гипс, камень! При чем здесь отец? Что вы вцепились в этого урода?

Вера. Не смей так говорить!

Дунька. Я сейчас!

Выбегает и возвращается с носилками.

Дунька. Я думаю, так будет удобнее.

Неволин. Действительно.

Дунька ему подмигивает.

Максим. Погнали, пока при памяти.

Максим, Виктор, Неволин укладывают бюст на носилки. Неволин и Максим несут бюст к яме. Виктор поддерживает Веру Александровну, бредущую следом. Дунька идет одна, засунув руки в карманы куртки.

Сад, сумерки. Максим, Виктор и Неволин подносят бюст на носилках к яме.

Опустив носилки на землю, какое-то время стоят, невольно склонив головы.

Максим. Ну, опускаем что ли?

Пауза.

Максим. Или речи говорить будем? (Виктору) Ну, давай, произноси… Скажи, как трудно нам сейчас одним, когда всю ответственность надо брать на себя. Скажи, что нас выгоняют из дома, который он построил, а мы, два бугая, ничего не можем сделать… Скажи, что дом у его жены отнимает его ближайший друг. Мало того, скажи, что его жене негде жить, потому что его сыновья не хотят жить с ней… Если тебе так хочется говорить, говори всю правду!.. Ну, говори же, что ты молчишь? Скажи что-нибудь, потому что уже надоело ждать! Сколько можно!

Виктор молчит, потом вдруг поднимает валяющуюся на земле лопату и замахивается на Максима. Неволин бросается вперед и вырывает лопату из рук Виктора. Вера Александровна страшно вскрикивает: «Виктор! Максим!» и валится на землю. Все бросаются к ней. Крики: «Мама!.. Голову держи!»

Дунька. Вы что, оба совсем очумели! Идиоты, вы ее в могилу сведете! Ведите ее домой, а то у нас тут настоящие похороны начнутся! Мы с Неволиным все без вас сделаем.

Виктор и Максим послушно повели вдвоем мать к дому, который выглядел со стороны таким теплым и уютным со своими освещенными окнами.

Дунька. Ну, Неволин, давай заканчивать весь этот бардак. Больше, как видишь, это сделать некому.

Неволин. Слушай, они там в доме точно друг друга не поубивают? Может, тебе лучше пойти за ними присмотреть?

Дунька. Обойдутся. Ты за них не беспокойся! Это порода особая. Слабаки, но сильно при этом живучие. Сейчас у них все пойдет как по расписанию – поорали немножко, можно и расслабиться, чтобы прийти в себя. Выпить у них всегда что найдется… Вот увидишь, когда мы все сделаем и вернемся в дом, они будут со смехом вспоминать, как чуть не поубивали друг друга. А бабуля будет смотреть на них счастливыми глазами и умиляться… Так что, когда мы туда вернемся, перед нами предстанет святое семейство в лучшем виде. Во всем своем великолепии!

Неволин. А ты, значит, другая…

Дунька. Другая, да не совсем, к сожалению… Ладно, еще разберешься, успеешь… Дай-ка я тебе лучше помогу.