Сон-Чжин дважды фальшиво покашлял. Внезапная перемена в отношении Сейрин застала его врасплох.
— Ах, как ты… в смысле, хорошо, теперь я буду избегать формальной речи.
— Пожалуйста, Старший.
От того, что Сон-Чжина называли Старшим, ему было чрезвычайно неловко. Поэтому он старался побольше говорить, чтобы скрыть своё беспокойство.
— Что ж, ранее… кое-кто вызвал меня в связи с чрезвычайной ситуацией. Это был ещё один «Избранный», прямо как и ты, и эта девушка находилась в опасности.
— Ах, да… я… я тоже видела.
Но пока Сейрин говорила, выражение её лица было мрачным. Сон-Чжин вспомнил ранее произошедшую ситуацию.
— Эй, мистер Сиськи. Ты сказал вызывать тебя, когда у меня будут проблемы, верно? У меня проблемы.
Он положил руку на свой лоб.
‘Ох, верно…’
Как бы Сон-Чжин об этом не думал, данное происшествие не создавало о нём хорошего впечатления. Он быстро сменил тему разговора.
— Ну что же… Как всё прошло? Как у тебя обстояли дела, после того как мы разделились в каньоне?
— Старший, как как ты и сказал, я собрала книгу. Все три тома, и объединила их.
Сейрин достала книгу из кармана. На обложке читалась надпись «Тысяча и Одна Ночь».
‘Прямо как я и думал… именно она её и собрала.’
Сон-Чжин уже думал об этой возможности. Сейрин продолжила объяснять.
— После того как я заполучила вторую часть, я собрала побольше монет. Я довольно быстро скопила пять тысяч, но ещё немного подождала перед покупкой. А между тем, когда я проверила аукционный дом…
Сон-Чжин закончил слова Сейрин за неё.
— И ты купила таинственный мешочек, верно?
— О божеки, как ты узнал?
— Именно я выставил его на продажу.
— Правда?
Глаза Сейрин расширились, а губы приняли форму буквы «О». Сон-Чжин подумал:
‘Так значит, и ты можешь делать такое лицо.’
Когда бы он раньше её не видел, у Сейрин всегда было непроницаемое лицо, но сейчас она действовала прямо как обычная девушка двадцати с небольшим лет.
Сон-Чжин выдел, как на постерах и в рекламе (косметики или спортивной одежды) лицо Сейрин сияло харизматической улыбкой, но сейчас он мельком узрел её истинное «я». Сон-Чжин ответил так спокойно, как только мог:
— Да. Не подскажешь ли титул, который был у человека, выставившего мешочек на продажу? Случайно не «Профессиональный Охотник»?
— Нет. Я купила его у… «Охотника за Сокровищами»…
Сон-Чжин мысленно проследил последовательность своих действий. У него было достаточно характеристик, и в то время он использовал титул «Охотник за Сокровищами».
— Ах… да, «Охотник за Сокровищами» – это тоже я. Иногда я меняю свои титулы.
— А-ах…
— Таким образом, из него ты получила первую или третью часть.
— Да. Я так нервничала, но мне посчастливилось преодолеть этот тридцати трёх процентный шанс получить туже самую часть. Из мешочка я получила первую часть книги, потому-то и купила третью часть у козла-торговца, чтобы завершить её.
— Да? И как эффект?
— Неплох. Обычно он достаточно силён, чтобы легко побеждать Боссов. И… если мы чувствовали уверенность, то покушались на скрытых Боссов.
— Правда? И каких же Боссов ты смогла одолеть?
— «Город Тёмных Эльфов» и «Башня волшебника, построенная из слоновой кости», вот этих двоих.
Теперь-то Сон-Чжин заметил, что на своём пальце Сейрин носила «Химерао — кольцо скрещенных зверей». От вида того, как она носит такое же кольцо, как и сам Сон-Чжин, казалось, что на их пальцах были надеты супружеские кольца.
— Понятно…
Он кивнул.
— А в этом рейде я каким-то образом натолкнулась на троллей… но как только мы добрались до места со скрытой частью…
— Скрытая часть… что ты сделала с «Сердцем Дракона»?
— Ах, на счёт этого… я решила сделать колчан. Старик кузнец сказал, что наполнит он маной мои стрелы…
Сон-Чжин продолжал разговаривать с Сейрин о рейдах. Сначала было неловко, но теперь он чувствовал, что его отношения с Сейрин укрепились. Тем временем она спросила:
— Теперь, когда я подумала об этом… тогда Старший сказал мне…
— М-м-м? И что же я сказал?
— Если мы встретимся снова, то ты расскажешь мне своё настоящее имя.
Сон-Чжин кивнул.
— Ох, да, это правда.
— И? Так как же тебя зовут?
Он вдохнул и впервые после возвращения обратно во времени сказал кому-то своё настоящее имя.
— Сон-Чжин.
— Сон-Чжин?
— Да.
— А фамилия?
— Это…
Он сжал губы. Когда Сон-Чжин посмотрел на Сейрин, сидящую с широко раскрытыми глазами, то внезапно вспомнил, почему он потрудился даже использовать псевдоним и скрыть своё имя.
— На счёт этого… я скажу тебе её, после того как рейды подойдут к концу.
— Почему?
Причина, по которой Сон-Чжин решил использовать псевдоним, была проста – если бы он использовал своё настоящее имя, то это лишь сблизило его с остальными. А наблюдать, как умирает близкий человек, намного больнее.
В прошлых рейдах Сон-Чжин рассказывал своё имя всем, с кем он дружил. Но большинство из них…
— Сон-Чжин… для меня всё кончено… спасайся!
— Спаси меня! Сон-Чжин!
— Сон-Чжин, беги!
… Погибло, выкрикивая его имя. Вот почему он не хотел никому рассказывать своё настоящее имя. Было в именах что-то странное. В том, чтобы знать и называть друг друга по именам, заключалась странная сила, сближающая людей.
