На некоторое время все трое замолчали, обдумывая дальнейшие действия. Но о своих идеях так и не заговорили, так как над площадью один за другим появилось четыре десантных транспорта. Из первых трех прямо на лету высыпались гвардейцы в МПД, мягко и почти без шума приземляясь на землю и быстро выстраиваясь по периметру площади. Последний же транспорт плавно развернулся боком к дворцу и приземлился. Со стороны Императора и придворных часть борта откинулась и превратилась в довольно широкий трап, по которому спустилось еще пятеро гвардейцев. По двое из них встали по бокам трапа, а один, чей МПД был украшен маршальскими звездами (на плечах и шлеме) подошел к лестнице и опустился перед Императором на одно колено:
— Ваше императорское величество! Арестованные бунтовщики по вашему приказу доставлены. Прошу разрешения на дальнейший их перевод в городскую тюрьму.
— Благодарю за службу, маршал. Покажите нам этих бунтовщиков. И покажите их народу Гипериона, дабы все знали, что пока я жив, каждого в Империи будут судить справедливо и каждому воздастся по заслугам.
Придворные издали одобрительный гул, перешедший в несколько нервное «Ах!» или даже «Ох!». Из транспорта двумя серебристыми цепочками потянулись ровные колонны боевых дроидов, а между ними цепью шли заключенные. Именно «цепью», руки каждого были скованы за спиной, и от них к ошейнику идущего за ним товарища по несчастью отчетливо просматривалась самая настоящая цепь. Еще две цепочки были перекинуты через плечи, удерживая на спине и груди плакаты с их именами. Возглавлял колонну еще один дроид, цепочка от которого шла к ошейнику человека с надписью «герцог Алехандро Монти, граф Пэн, Сеттон, Леолон, Гарнвелл и Стрчан». Глава восстания и претендент на престол.
— Молодцы, впечатляет. Ваша идея, граф (какой из двух так и осталось непонятным), была правильной. Дроиды, в отличие от гвардейцев не закрывают бунтовщиков от взглядов публики. Только вот таблички на груди и спине при построении колонной читать неудобно. Может, стоило надписи как-нибудь по бокам сделать?
— Не беспокойтесь, ваше величество, — откликнулся граф Дарви. — Дворяне бунтовщиков и так в лицо знают. А простой народ — любопытный. Шеи вывернут, но прочтут. Так даже лучше, что им для этого больше усилий приложить потребуется. С большим энтузиазмом другим перескажут.
Лететь от места открытия мною портала до дворца, как выяснилось, было минут пять. Добирались мы больше двух часов. Если учесть, что пилотом все это время так и был я, сохранять безмятежное выражение на лице мне удавалось только за счет все более глубокого погружения в медитацию. Маршал прямо из рубки вел переговоры, Указывал места промежуточных остановок (почти у каждого столба), кого-то впускал, а кого-то ссаживал с корабля. Я все это мужественно терпел, но когда он попытался реквизировать всех дроидов, категорически отказал. Мне они самому пригодятся, а выискивать свое имущество по поверхности планеты я не согласен. Цебер было рыпнулся, но как-то сразу осекся и настаивать не стал. Видимо, в состоянии медитации голос у меня звучал достаточно убедительно, и моему обещанию отправить его полетать на орбиту, он поверил. В результате еще лишний крюк к полицейскому управлению делали, где нам полсотни «паучков» загрузили.
Оказалось, все это было подготовкой шоу типа «прием императором парада» на дворцовой площади. Товарищ Сталин в сорок третьем, небось, на колонну пленных немцев с мавзолея так же смотрел. Только там количеством умы потрясали, и здесь — качеством, в цепях только графы да герцоги. Я, кстати, для своих пассажиров трансляцию на головизор в кубрике вывел, благо техника позволяла. Мне-то в слиянии с кораблем все видно лучше всех, а для остальных тут даже иллюминаторы не предусмотрены.
Заодно к Императору пригляделся, пытаясь понять, что от него ждать можно. Высок (сантиметров на десять выше меня), имеет атлетическое телосложение, но не перекаченное, а спортивное, лицо волевое с правильными чертами. Пепельные, слегка вьющиеся волосы коротко пострижены, небольшие усы. Взгляд серо-голубых глаз одновременно надменный и пронзительный, что ли? Смотрит холодно (по крайней мере, на арестованных заговорщиков), но при этом как бы прожигает насквозь каким-то ледяным пламенем. Интересно, он его специально оттачивал или такой от природы? Наверное, все-таки перед зеркалом тренировался…
Арестованных увели, Император и свита ушли, а нас еще час в корабле держали. Кажется, что-то в сценарии не доработали. Нас всех, вроде, во дворец зовут, а «калошу» мне на лужайке оставлять, что ли? Наконец, прислали мне на смену пилота «ашку», и нас тоже высадили. По поводу того, что кораблик мой уведут, я не беспокоился. «Портальный камешек» я в рубке неплохо припрятал, дроиды мне его в качестве стекла для одного из индикаторов приспособили, не догадаешься, что неродное.
