Профессионалы полностью

Далёкое бормотание и туман — вот что встретило Алоизия, когда тот вернулся в сознание. Он долго тряс остроухой своей головою, намереваясь прогнать серую муть, клубящуюся перед глазами, но та ничуть не выказывала желание уходить. Тогда, поскрипев могучим интеллектом, Алоизий понял: туман настоящий.

Эльф приподнялся, озираясь. Туман, туман, сырой туман. Словно туча-тяжеловес упала вместе с ним на землю. Голова гудела, особенно затылок, им он припечатался о камень, и теперь волосы слиплись от крови.

Сколько ж времени он тут лежал? Алоизий попытался встать, но острая боль клешнями обхватила его колено, когтями оцарапала голень до кости, замкнула ступню в челюстях и начала бесцеремонно жевать. Сдавленный, невнятный звук вырвался из глотки эльфа. Хвалёное самообладание отправилось вслед за этим постыдным всхлипом куда-то туда, в блеклый густой туман.

Что-то твёрдое впивалось в мягкую нижнюю часть спины Алоизия. Эльф извернулся, стараясь не шевелить больной ногой, и извлёк на свет белую кость. Таких скелетных запчастей здесь было полно — белые на чёрной земле. Алоизий отшвырнул кость.

— Есть тут кто? — вскричал эльф, напрягая уши.

Бормотание прекратилось. Неужто оно почудилось Алоизию, оглушённому ударом о землю?

Но вот из тумана вынырнули тёмные фигуры — то было несколько существ разных рас (ввиду травмы Алоизий не мог их сосчитать, сбившись на нумере один). Вид столь разношёрстной компании успокоил Алоизия: группа приключенцев, однозначно. Эльфа посетило смутное предположение, что он и сам член этой группы. Мысль эту скомкал сморщенный лик колдуна Агугеля, внезапно выплывший из памяти. Агугель гаркнул что-то про портал, артефакт и награду, — и испарился. Алоизий поморщился; он предпочёл бы образы юных дев, а не колдунов-сморчков, но память начала возвращаться — и то хорошо.

Пока он обо всём этом размышлял, приключенцы вовсю шептались, и до Алоизия донеслось:

— Ты ж говорил, он помер?

— Выглядел дохлым!

— Что значит «выглядел»? Ты ж целитель.

— Ну эт… это чудо произошло!

И орк, облачённый в бледно-зелёную, вышитую тонкой цветочной вязью мантию, сложил ручищи в молельный жест и воззрился в небо. Что он там хотел разглядеть сквозь серую муть, было неясно, — с тем же успехом орк мог вглядываться себе в подмышку, если бы оказался достаточно ловок.

— Целитель? — проговорил Алоизий. — Орк-целитель?

— А что, ты что-то имеешь против орков? — послышался тонкий голосок из доспеха рядом с целителем. Доспех доходил орку от силы по пояс, потому Алоизий сначала даже и не думал, что внутри кто-то может быть. Ну, мало ли зачем приключенцы таскают с собой модель доспеха в масштабе два к одному… или один к двум? Алоизий точно не знал, он же не гном какой-нибудь, в таких вещах разбираться.

— Я прекрасно отношусь к оркам, — начал оправдываться Алоизий. — У меня даже есть много друзей-орков в Бэгиноре…

— Брешет. Я слыхал, эльфы орков недолюбливают, — громко прошептал мужик, неприметно одетый, и с кинжалом на поясе.

— Неправда, это всё стереотип. Я не знаю, где вы это слышали, но вас ввели в заблуждение частным случаем, — бормотал Алоизий, не понимая, почему он говорит всё это вместо того, чтобы попросить целителя подсобить с больной ногой и затылком… Но в особенности с ногой. Ну всё, хватит бессмысленных речей! — У меня что-то с ногой. Посмотришь? Как, кстати, тебя зовут?

— Бурзог, — орк присел на корточки рядом с Алоизием.

От эльфа не укрылось, что лоб целителя покрылся испариной. Он смотрел на распухшую ногу, смотрел… время тянулась для Алоизия бесконечно. Может, Бурзог его взглядом исцеляет? Но нет, нога всё так же болела, и будь у неё глаза — разревелась бы. У ноги Алоизия был крайне тонкий и беспокойный характер.

Наконец, орк дотронулся до посиневшего колена. Алоизий чуть не взвыл от боли.

— Она сломана, — констатировал Бурзог.

— Сам знаю, — просипел эльф. — Ты будешь лечить или нет?

Целитель обхватил эльфово колено и принялся что-то нашёптывать.

— Смотри, он аж плачет от катарисиса, — умилился доспех.

— От боли, с-сволочь! — вырвалось у Алоизия.

— Процесс восстановления бывает весьма болезненным, как я слышал, — сказал неприметный мужик. Алоизий ответил ему испепеляющим взглядом.

Орк убрал руки.

— Помогло?

— Нет!

— Странно…

— Странно? Святые вёдра, это было очевидно, что ты не сможешь помочь!

— Почему это? — вмешался доспех.

— Потому что он — орк! У орков нет магической силы!

Повисла зловещая тишина.

— А ну повтори, — пропищал доспех.

Неприметный мужик подскочил к Алоизию и зашептал:

— Приятель, пожалуйста, не разбрасывайся оскорблениями, мы знаем, что тебе больно, но всё ж не опускайся до такого… хорошо?

Алоизий и не знал, как ему на это реагировать. Агугель опять стучал в дверь воспоминаний, приговаривая: «Команду академия уже собрала, ты встретишь их на месте… Хорошая команда, сбалансированная». Это было последнее, что эльф от него слышал; потом он прыгнул в портал, и всё потемнело…

— А ты кто? Разведчик? — спросил Алоизий.

— Я? — мужик фыркнул. — С чего ты взял? Я колдун. Ингвар меня звать, кстати.