Итак, отступать было некуда, и она вместе с другими моделями зашла в парилку. К счастью, мгновенно на нее никто не набросился, да и вообще мужчины к присутствию молоденьких красоток отнеслись спокойно. Кто-то ухмыльнулся, кто-то бросил привычно-равнодушный взгляд, кто-то поприветствовал их шутливо. Картина ее взгляду открылась своеобразная: человек пятнадцать мужчин, средний возраст которых был заметно за пятьдесят, абсолютно голые, сидели в клубах пара. По рыхлым тучным телам их было заметно, что спортом они не занимались последних лет тридцать, а то и больше. Между уродливыми этими мужиками суетились юные красавицы из модельного агентства. Каждая дала бы сто очков вперед какой-нибудь «Мисс Европе», хотя вроде бы последней «Мисс Европой» тоже была девчонка из России, да и «Мисс Вселенной» тоже. Мужчины о чем-то важно переговаривались, пересыпая речь солеными шуточками. И абсолютно уж фантастическим было то, что время от времени к голым, раскрасневшимся мужикам подходили люди в цивильных деловых костюмах, поднося документы на подпись. Мышка среди этих ассистентов заметила даже одну женщину-референтку, на ней было строгое платье и туфли на низком каблуке. Референтка заметила ошарашенный взгляд девчонки и подмигнула ей украдкой, прошептав:
— Привыкай! Вот так у нас вопросы решаются.
Мышка вдруг заметила, что один дядька, завернутый в простыню и от этого похожий на римского патриция, покачиваясь, вышел в раздевалку. Она быстро прошмыгнула следом. Мужчина сидел на скамье, откинувшись на стену, и держался рукой за сердце.
— Вам плохо? Чем помочь?
Он посмотрел на нее тусклым взглядом и пробормотал:
— Там, в кармане пиджака, лекарство.
Она какое-то время искала нужный пиджак, потом обнаружила пузырек с таблетками и принесла этому дядьке. Он благодарно кивнул и быстро заглотнул таблетку, даже не запив. Через некоторое время открыл глаза и глянул на нее более осмысленно.
— Надо же, какая юркая. Прямо мышка.
— Я и есть Мышка. Меня так все зовут с детства.
— Ага, Мышка, значит. А здесь что делаешь Мышка-норушка?
— Я… я как все тут, — покраснела девчонка.
— Тебе восемнадцать-то хоть есть уже?
— Неделю назад исполнилось.
— Ой, кто ж вас сюда затягивает? — поморщился дядька.
Здесь, в помещении с нормальной температурой, его лицо потеряло свою нездоровую красноту, и он казался вполне нормальным человеком, даже приятным.
— Слушай, не в службу, а в дружбу, помоги мне, пока я тут оденусь. Зайди, пожалуйста, в парилку и найди там одного человека, — он осекся, увидев испуг в глазах девушки. — Я бы сам зашел, но концы отдам от такой температуры. Нельзя мне с моим давлением в подобных увеселениях участвовать. Надо предупредить, что мне стало плохо и я поехал домой, понимаешь?
Мышка медленно кивнула, с трудом соглашаясь еще раз войти в помещение с голыми мужиками.
— Найди Тюрина Антона Григорьевича. Ты сообразишь. Он постарше меня, такой чернявый. Спроси кого-нибудь, тебе покажут. Скажи, что Кольцов отчалил.
Мышка, жмурясь от страха, пошла обратно и сразу наткнулась на Кристину, которую обнимал какой-то мужик лет пятидесяти.
— Кристина, мне нужно найти Тюрина.
— Так это я и есть, красавица. Девчонки, давайте втроем, а? — пьяным голосом сказал дядька.
— Вам просили передать, что господин Кольцов уехал, потому что ему стало плохо.
— Эх, опять Валька не выдержал. А ведь такая гулянка была! Всегда он так. Э-э-э, куда ты собралась? Я хочу с двумя сразу!
Мышка выскользнула и отдышалась. Тот, что назвался Кольцовым, уже надел рубашку и брюки.
— Я все сделала, как вы просили. Только этот ваш Тюрин сейчас пьяный очень. Если вдруг забудет чего — я не виновата.
— Ладно, сойдет. Давай-ка выбираться отсюда. Иди одевайся.
Минут через десять Мышкин избавитель подвел ее к машине.
— Михалыч, отвези нас домой и можешь быть свободным до понедельника.
Мужчина сел на переднее сиденье, а Мышка примостилась на заднем. Похоже, что она ехала в настоящем «мерседесе». Ход у автомобиля был плавный, и Мышка неожиданно для себя задремала. Слишком много переживаний свалилось на нее за эти пару дней. Вдруг в полудреме ей в голову пришла мысль. А куда, собственно говоря, этот дядька ее везет? Может, она рано обрадовалась, что сбежала с этой пьянки-презентации? Может, еще хуже будет?! Ладно, деваться все равно некуда. В общежитие так поздно не пустят. А если стучаться в двери, то всех перебудишь, и докладную декану напишут. Конечно, девчонки умудрялись пробираться в общагу и после отбоя, но надо было дать на лапу вахтерше, чтобы не поднимала бучу.
Автомобиль притормозил у нарядного, свежеотреставрированного дома. Вид у здания был самый что ни на есть буржуйский. В подъезде идеальная чистота, бабулька какая-то сидит на стреме. Вот и здесь вахтерши, никуда от них не деться. Мужик ее подтолкнул по направлению к лифту.
— Здравствуйте, Валентин Петрович, — сказала бабка, пожирая Мышку своими подслеповатыми старушечьими глазками.
— С Рождеством, Марьванна, — отозвался Мышкин провожатый.
Когда Мышка оказалась в квартире, она обалдела.
— Оба-на! Я думала, такое только в кино бывает.
