Неожиданно к нам подошел представитель гильдии мастеровых, который ехал в караване в качестве наблюдателя. Он степенно достал из холщевой сумки большую бутыль с вином, потом большую лепешку и кусок вяленого мяса и протянул это мне. Мы позвали его за свой стол, так как все уже было накрыто, тот отказываться не стал, а уютно устроился на телеге в четвертом углу каримата. Думаю, что это была практически вся его еда, так как держался он обособлено и от охраны и от возничих. Еда пошла на ура. Мы с удовольствием ели хлеб и мясо, и с еще большим удовольствием запивали все это принесенным нам вином. Дорога теперь сама, без нашего активного участия ложилась под ноги лошадей, тащивших нашу телегу. Теперь можно было расслабиться и получать удовольствие от такого пути. Все же нам было, с чем сравнивать, а вот представитель мастеровых явно тяготился таким путешествием. Я его разговорил, и он выложил мне весь расклад по торговле оружием и древесиной. По всему выходило, что мы подмяли под себя весь рынок на десять дневных переходов в любой конец от баронства. Там купцы ропщут, но сделать ничего не могут, у нас товар лучше, а цены такие же, как и у них. Так что сами виноваты. В походе пару раз на них нападали и даже ранили несколько человек из охраны. Те сейчас лежат в передних телегах, чтобы не глотать пыль, поднимаемую всем караваном. Я кивнул Зравшуну, который хотел попросить меня об оказании лечебных услуг его людям, но пока не торопился, давая мне поесть и немного отдохнуть. Вскоре я распрощался с мастеровым, который отправился по своим делам, а Зравшун потащил меня к своим наемникам. Шесть человек охраны пострадали от стрел, выпущенных какими-то недоброжелателями, а то и нашими конкурентами по торговле. Ранения были не тяжелыми, но нехорошими. Нехорошими их делали наконечники стрел, изготовленные так, что их невозможно было извлечь. Видно было, что кто-то изощрялся, придумывая такие не извлекаемые наконечники. Раны загноились, нужно было срочно вытаскивать обломки стрел из тел наемников. Этим я занимался весь остаток сегодняшнего дня. Так что, когда я закончил с последним воином, то Зравшуну пришлось тащить меня к нашей телеге на себе, сам я идти не мог. Еще через час караван стал останавливаться, найдя подходящую полянку для лагеря в одной из придорожных рощ. Мне помогли выбраться из телеги и усадили под дерево, а охрана спешно принялась сооружать походный лагерь. Вскоре всюду запылали костры, и я вспомнил о замаринованном мясе. Предложил поделиться с караванщиками. Народу было много, но по палочке каждому бы досталось, так что мои напарники со мной согласились. Вскоре к нашему месту потянулись люди за порциями обещанного мяса. Еще немного спустя, по поляне поплыл знакомый запах шашлыка. Я тоже получил свою порцию этой вкуснятины и вскоре глаза мои сами собой закрылись, и я провалился в сон.
* * *
Утром глаза не хотели открываться, видимо все же я несколько перебрал с растратой своей магической силы. Вроде были несколько разовых использований магии в лечебных целях, но вот восстановить свой уровень я не смог. Раньше, даже когда я выкладывался близко к максимуму, после отдыха магический уровень восстанавливался почти полностью, а сейчас я ощущал, что стал прямо как выжатый лимон. На этом этапе мне неплохо было бы выпить настойку из хвоста карисана. Ликура несколько раз очень быстро поднимала мой упавший магический уровень этим средством. Но сейчас Ликуры рядом не было. Если же из этих побуждений пожелать появление карисанов, то еще не известно, не будет ли лекарство хуже болезни.
