Проснувшись от телефонного звонка, Сиро Мураками понял, что отчетливо помнит свой сон.
Действие происходило в призрачном городе, по улицам которого ветер гнал песок. Виднелись очертания каменных строений, разбросанных по пустыне. Ему вспомнилась сцена из фильма «Город Макроний», который он видел в детстве. Однако вдруг перед глазами Сиро всплыло лицо девушки, которую он когда-то любил. На ней была белая обтягивающая блузка с темными пятнами пота.
Слышалось завывание ветра. Невыносимо палило солнце, свет от кружащихся песчинок ослеплял, но при этом Сиро не совсем понимал, чьими глазами он видит этот мерцающий пейзаж. Сиро Мураками казалось, что он утопает в этом пейзаже.
Во взгляде не было ничего телесного или чувственного, это были совершенно невыразительные девичьи глаза. Бывало, что в снах Сиро оставались только глаза, и сейчас было то же самое.
За спиной у него прозвучала сирена патрульной машины. Полицейский что-то бормотал в громкоговоритель. Возможно, хотел остановить нарушителя дорожного движения или что-то вроде того.
В этом призрачном городе он не видел никого, кроме этой девушки. Звуки, издаваемые патрульной машиной, и крики полицейских казались какими-то нереальными.
Внезапно девушка свернула в узкий проход между кирпичными домами и начала спускаться в подвал. В это время взгляд, стремительно следуя за девушкой, проник сквозь ее затылок прямо в мозги наслоился на взгляд девушки. С этого момента Сиро и девушка стали одним целым, и он смог ошутить через ее кожу окутывающий все вокруг воздух. Это слияние с девушкой на мгновение вызвало в нем чувство неловкости. Однако все вокруг так резко менялось, что у Сиро не было времени разбираться в своих ощущениях.
Лестница привела в диско-зал. Там гремела ритмичная музыка и по стенам проносились яркие, разноцветные лучи света. Вокруг было много девушек и парней, которые о чем-то весело болтали, но разобрать их слова было невозможно.
В углу находился огромный телеэкран. На экране – мужчина лет пятидесяти. У него были большие глаза, отчего он производил жуткое впечатление. Взгляд внимательно рассмотрел грудь, голову и глаза мужчины.
Взгляды девушки и мужчины встретились. Однако характерного чувства напряжения, возникающего, когда двое пристально всматриваются друг в друга, не отводя глаз, не было. Где-то в душе Сиро понимал, что это мир сновидений. Если начинаешь сознавать сон, значит, скоро последует пробуждение.
Неожиданно глаза мужчины на телеэкране начали вращаться. Это не было привычное движение вверх-вниз, вправо-влево, оно напоминало вращение вокруг осей, пронзающих глазные яблоки сверху вниз, подобно тому, как Земля вращается вокруг своей оси. Глаза вращались по часовой стрелке, то появляясь из глубины орбит, то снова скрываясь. В действительности такого быть не могло. Абсурдное движение глаз казалось скорее забавным, нежели жутким. Что символизировали эти вращающиеся глаза? У Сиро не возникло никаких предположений.
Выпрыгнув из экрана, мужчина обрел реальное тело. Впереди, сзади и по бокам вздымались наслоившиеся друг на друга бежевые листы бумаги. Казалось, он читал написанные на этих листах многочисленные иероглифы.
Вращающиеся в одном и том же темпе глаза напоминали лежащий на боку игровой автомат. Одновременно с этой ассоциацией в голове раздался механический звук – дзинь-дзинь. Когда Сиро проходил мимо пачинко* на вокзале, отчетливо слышал точно такой же. Так звучали выплевываемые автоматом многочисленные жетоны. Режущий слух дзинь-дзинь сменился более благозвучным старомодным телефонным звонком – дилинь-дилинь. Через мгновение он перешел в еще более современный – трынь-трынь.
Когда у изголовья зазвучал телефон, Сиро показалось, что это звенит игральный автомат и он все еще видит сон. Между тем он, покинув тело девушки, вернулся в свое собственное и в темноте открыл глаза. Хотя сон не был страшным, по телу Сиро струился пот.
Ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что это на самом деле был телефон.
Он не двигался, пока не услышал, что телефон прозвонил еще дважды. Сиро пошарил рукой за головой в поисках трубки. Когда коснулся стоявшего рядом будильника, тот перевернулся и брякнул звоночек. При этом звуке у него на мгновение в памяти всплыло приятное уплывающее видение, и он еще раз ощутил прикосновение к коже девушки, а когда вернулась способность видеть, он различил пряди волос, свешивающиеся на ее лоб. Почему-то возник приятный запах. Он впервые почувствовал аромат волос этой девушки.
Когда он нащупал телефонную трубку, в памяти всплыло имя этой женщины – Нацуми Курасава. Такое не забывается. Имя его первой возлюбленной.
Было восемь утра.
– Слушаю!
Когда ему с трудом удалось вытянуться, кровать, которой было уже более десяти лет, заскрипела.
– Извините, что звоню так рано… – донесся слабый, приглушенный голос.
Лицо Нацуми, которую он последний раз видел пять лет назад на встрече однокашников, вдруг всплыло перед его глазами и исчезло. Звонок от Нацуми показался ему галлюцинацией.
