– Джеффри Дамер хранил тела в холодильнике и морозилке. По баночкам раскладывал мозги и гениталии. И все это в городской квартирке.
– Но на костях девушек нет никаких порезов. Конечности не были отрезаны. Наш парень сохранил тела в целости, пока кости не развалились.
– И к чему ты клонишь? – спросила она. – Что он обращался с телами с… каким-то странным почтением или типа того?
– Кто его знает? – сказал он. – Может, он, наоборот, был слишком брезглив, чтобы разрезать их на куски, поэтому просто сбросил их в чан. Или закопал на некоторое время, а потом всех выкопал. Объяснение может быть как ситуативным, так и психологическим.
Она нахмурилась и немного почмокала губами.
– Что мы можем знать наверняка? – спросил он ее. – С психологической точки зрения.
– Наверняка? Немного. Когда дело доходит до такого рода безумия, вариантов бесконечное множество. Корни обычного убийства лежат практически на поверхности; как только действующие лица будут идентифицированы, мотивы и причины понять довольно просто. А вот корни серийного убийцы, которые ведут к его или ее сумасшествию, проследить гораздо труднее.
– Но ведь есть же шаблон? Основные черты серийного убийцы?
– Есть триада Макдональдов, – сказала она. – Там говорится, что поведенческие характеристики предсказывают особую склонность к насилию. Жестокость по отношению к животным, недержание и одержимость поджогами. Но эта теория далеко не общепринятая.
– Ну да, к тому же никто не ведет базу данных о тех, кто мочится в постель, – сказал он.
– Печально то, – перебила она, – что каждый серийный убийца – это отдельное животное. Отдельный вид. Его нельзя никак назвать, пока не поймаешь и не препарируешь.
– И ради этого ты ходила в колледж? – поддразнил он.
– Я ходила в колледж ради секси-профессоров.
– Как жаль, что ты выпустилась.
– Не переживай. Я сохранила их номера.
Он ни разу не смог ее сделать и никогда не сможет. Она была быстрее и умнее его. Эта мысль заставила его хмыкнуть. Затем он снова вернулся к делу.
– Нам нужно хорошенько поговорить с Висенте, это точно, – заключил Демарко. – Он мог бы нам и рассказать о своей перебранке с Ройсом.
– И о беременной девушке.
– Мы из-за него столько объехали.
Джейми закивала, а потом решила:
– Давай-ка все разложим по полочкам. У кого была возможность? Кто знал о потайной стене?
– Эли Ройс, Чед Макгинти, Вирджил Хелм.
– Макгинти не особо жаловал Ройса. Мог он так подставить босса?
– Возможно, – сказал Демарко. – Вот только он никогда не выказывал интереса к цветным девушкам.
– Но может, он знал, что они нравятся Ройсу? И поэтому выбирал афроамериканок?
– Возможно, – снова согласился Демарко. – Скорее, даже вероятно.
– И еще есть Ройс, – добавила она. – Он определенно манипулятор. Любит власть. Известный бабник. И как минимум один раз связывался с подростком.
– Предположительно, – заметил Демарко. Он все смотрел, как мимо проплывают деревья.
– А это значит, – продолжила Джейми, – что возможность
– Хммм, – промычал Демарко. – Любовь к молодым афроамериканкам сама по себе не является мотивом для убийства.
– Фу, – скривилась Джейми.
Она сбавила скорость, когда они въехали в Абердин.
– Кроме того, – вслух размышлял Демарко, – зачем Ройсу держать тела прямо у всех под носом, если он причастен к их смерти?
– Патология, – предположила Джейми. – Другого объяснения нет.
– Как Дамер держал черепа и другие части тела в своем доме?
– В
– Так что тебе подсказывает интуиция? – спросил Демарко.
Джейми выключила двигатель. Кондиционер затих. Они слышали, как под капотом затихает мотор.
– Она мне говорит забыть про Аарона Генри, – сказала она. – Макгинти… пока что отодвинуть на задний план. Может быть, попытаться выяснить, где находится девушка, которая якобы была беременна от Ройса. Шериф сказал, что они уехали из города на новой машине и взяли напрокат трейлер. Чье имя было вписано в аренду? Может, мы так сможем выследить их? И еще нам нужно выяснить, что случилось с Вирджилом Хелмом. И кто нам это расскажет?
– Это твой город, – напомнил ей Демарко, – не мой.
– Едва ли мой. Я проводила тут лето. И выходные, когда училась в колледже.
Он ненадолго задумался.
– Так те семь-восемь лет, – произнес он. – Они, в принципе, совпадают со временем пропажи девушек.
– Господи, – сказала она. – Так и есть.
– Значит, ты могла быть здесь, когда что-то произошло.
– Боже мой, Райан.
– И никто об этом не говорил? Не шептался по углам?
– Я тусовалась с очень маленькой группкой людей, – сказала она. – Очень… богатеньких.
– И очень белых?
– Я не специально. Мои бабушка и дедушка были членами загородного клуба. Я в основном имела дело с их мероприятиями.
– Здесь становится жарко, – отметил он и распахнул дверцу машины. Она тоже вышла на улицу.
Когда они подошли к крыльцу, он сказал:
