- Сегодня Высшая Сила в убийства не вмешивается, без неё обходитесь неплохо, поумнели против прежнего, ваши занятия по взаимному уничтожению можно без натяжек назвать "идеальными". Раньше всё валили на бога, а теперь обходитесь без него. Если ты, гад ползучий и сукин сын, виноват - должен получить персональный ракетный "подарок" без участия высших сил. Стоимость бомбы, или ракеты в рассмотрение не берётся.
- Напрасно, стоимость нынешней ракеты выше моей никчемной жизни.
Основной смысл в современном бомбометании, или "пуске ракет по мирному населению" не изменился: правые, как и прежде, получают удовольствия в "тротиловом эквиваленте" больше, чем виноватые
Явление называется "феноменом", феномены не имеют объяснения, остаётся вера в средства массовой информации:
"вчера авиация союзников нанесла массированный ракетно-бомбовый удар (только массированный, иных не бывает!) по скоплению живой силы и техники в районе города N. Разрушено два здания и погибли двое..."
Повторяю: к настоящему времени распределение ракетно-бомбового удовольствия между правыми и виноватыми сдвинулось в сторону правых, и такой сдвиг следует рассматривать как явный прогресс
А тогда, если бомба встречалась с землёй совсем близко - осколки стёкла в окнах летели во внутрь кельи, но не наружу. Хотя бы раз единый наружу, так нет, всё летело вовнутрь! Вот она, мировая справедливость: бомба рвётся где-то, а стёкла в рамах вылетают у нас!
От "Закона о бомбёжках" страдал отец: на нём лежала забота по восстановлению остекления рам. Застеклить раму, когда стекла в избытке, есть стеклорез и навыки стекольщика - не работа, а удовольствие, а если ничего, кроме женского "надо что-то делать"? нет - хотя бы какое восстановление оконных рам выглядело подвигом. Отец был "нулевым" стекольщиком, но и специалист развёл бы руками:
- Чем стеклить?
Отвратными были фугасные бомбы, и казалось, что фугаски на то и предназначены, чтобы выбивать стёкла. О поведений фугасок знаток-подрывник сказал сказал бы так:
- Фугасные бомбы обладали наибольшей бризантностью - святое было время: бризантность работала, а что за пакость эта бризантность - обитатели монастыря не знали.
В пятьдесят (так долго!) узнал о бризантности: когда один кубический сантиметр взрывчатки в твёрдом, или в сыпучем состоянии, при взрыве давал сотню кубиков газа высокого давления. Лекцию о бризантности современных взрывчатых веществ читал пассажир в электричке: в СМИ много было разговоров о терактах в столице:
- Дед, отсталая твоя древняя фугаска, бризантность в сто кубиков мелочь, сегодня такой производительностью не удивишь.
- Может. и так, а тогда нам хватало с избытком и такой "продуктивности" фугасок...
После налёта отец доставал замазку, составленную из растительного масла и мела, и соединял ею кусочки стекла в оконной раме. Если бы тогда существовало слово "лепуха", то им бы назвал отцову работу. Это была ювелирная работа, завидовал отцу, но отец не подпускал к восстановлению "витража". Так всегда: ничего не знать о "витражах" - и создавать "красоту".
После очередного налёта склеенные самодельной замазкой "витражи" благополучно вываливались с небольшой разницей: если на вылет из рамы большого куска стекла требовался близкий разрыв фугаса - "витражамотцовой работы хватало дальнего разрыва и "лепнина" вылетала от ничтожно малой бризантности вражеского фугаса. Возможно, тогда-то и родилось определение работы "сделано на соплях".
Нового стекла не существовало и окна, обработанные взрывной волной закрывались тем, что имелось: подушкой, фанерой, одеялом
"Витражи" и держались недолго как в рамах, так и в сознании:
- Что вставлять, где стекло брать!? - вопрошал отец пространство, а оно молчало. После второго, или третьего вылета, новых попыток восстановить остекление не делалось и каждый закрывал окна, эти "глазницы дома", тем, что считал лишним в быту: подушка, фанерка, кусок ткани...
Вопрос "где прятаться" портил жизнь и оставлся основным на повестке дня.
Старинные разработки извести-плитняка были надёжным укрытием от налётов "аспидов", но почему монастырцы не вспомнили о них в первый налёт Люфтваффе объяснить не берусь.
- Чего объяснять? Надеялись и ждали: вот-вот, не сегодня -завтра красная армияи прищемит врагам хвост, наступит тишина и жизнь потечёт, как и прежде. Было и другое: "страшновато без присмотра хижины оставлять... Брать нечего, нишие мы, но ведь и последнее унести могут. Каменоломни хороши и надёжны, их тысчи бомб не пробьют, но в своей келье трястись от страха как-то лучше... Пещеры хороши, надёжны, но дышать в них нечем, воздуха мало... Свечка на пять метров от входа гаснет, а в десяти и спичка не загоралась..." - теснились, жались монастырцы у входа с расчётом: если какая немецкая бомба сдуру разорвётся поблизрсти так хотя бы осколками не зацепило".
- Каждый был специалистом по баллистике, пусть не великим, но представление о "мёртвой зоне" имел и пользовался ею.