На пристани стоят несколько кранов двух типов. Один тип портовых кранов действует по принципу коромысла, "колодезного журавля". На одном конце канат с крюком, на другом прикреплен балансир, от него канат протянут через барабан к горизонтальной лебедке, приводимой в движение лошадьми. После того, как груз из трюма судна прицеплен крюком к крану-коромыслу, лошадь по кругу вращает барабан лебедки и груз вместе с балкой крана вздымает вверх. Как я понял, этот тип крана обслуживал небольшие по размерам суда. Метод подачи груза на пристань не изучал, так как сразу же обратил свое внимание на работу другого портового крана.
Иной тип крана, с вынесенной стрелой, обрабатывал большие суда. Естественно, он и по своим размерам был больше первого, и работу его лебедок обеспечивала не лошадь, а паровая машина. Его конструкция близка к нашим, земным.
Закончив обследование порта, вновь оказался на лужайке перед большим дворцом, складывается впечатление, что туда меня притянула некая сила. Это впечатление тут же подтвердилось появлением передо мной высокого, светлого, белокурого, голубоглазого мужчины, на вид которому было лет около сорока. Плотного телосложения, широкого в плечах, одетого в странную одежду, которую можно было бы назвать мундиром или камзолом, подчеркивающим ее официальность, или приверженность ее носителя (не обязательно владельца) к статусу руководителя.
- Пришелец, я тебя давно жду, - обратился он ко мне без всяких приветствий, - я глава этого города.
- Здравствуй, - ответил я ему, - а зачем? Ты можешь мне помочь поближе познакомиться с вашим городом?
- Да, - ответил он, - что тебя интересует?
- Порт я уже посмотрел, ты не мог бы показать мне вашу промышленность?
- Хорошо, - ответил глава, - с чего начнем?
- С легкой промышленности, - сказал я.
Перед моим взором возникли вытянутой формы одноэтажные здания с двускатными крышами, легкая промышленность, как тут же объяснил мне глава города (он оказался более, чем мэр, но это выяснилось позже), у них разделена по цеховому принципу. Не успел выяснить структуру управления промышленности, как мы оказались в цехе, где стояли множество простых ткацких станков.
- Это полотняный цех, - отметил я про себя, - полотно делают из льна, хлопка (с хлопкового дерева) и конопли.
Через мгновение мы оказались в другом цехе, где производился пошив одежды. Швейные станки совершенно не были похожи на машинки Зингера, представляли собой несколько прямоугольных рамок с иглами с ножным приводом.
- Что еще? - спросил глава города, когда мы вылетели из швейного цеха.
- Тяжелую промышленность, - ответил я и, заметив на одной из улиц движущуюся автомашину, типа нашего трамвая, но передвигающуюся по булыжной мостовой, продолжил:
- Как производится изготовление таких транспортных средств?
Мгновенно мы оказались в мрачном помещении, здании цеха по изготовлению автотранспортных средств. Куча металлических балок, изделий, часть кузова и множество того, что обычно можно наблюдать в цехе металлоизделий небольшого предприятия, каких множество у нас в России, или в цехе нестандартного оборудования.
- Похоже, вы не применяете в производстве конвейер - спросил я главу города, - вы все изготавливаете поштучно?
- Мы не знаем, что это такое, - ответил тот.
Мы вновь оказались перед большим красивым зданием с колоннами, который являлся резиденцией главы.
- Ты только мэр города - спросил я главу, - а кто находится в "Казанском Соборе"? У нас на планете все управление в странах централизовано, сконцентрировано в одном управленческом центре.
- У нас не так, - ответил он, - все города страны с прилегающими территориями обладают полной самостоятельностью, живут по своим планам, независимым от кого-либо. Я управляю таким же анклавом (так мое сознание интерпретировало территориальное обособление), а там (у меня возникла картина "Казанского Собора") осуществляется идейное, духовное руководство всей страной.
Тут же у меня возникла картина, как со всех сторон в город везут на подводах, преимущественно а также на судах, лодках продукты земледелия, которые обрабатываются на мельницах, складируются на складах и поступают в торговую сеть, всплыли опять картины железных монет в обращении.
- Заглянем в ваши магазины? - предложил я.
- Да, - согласился мой гид.
После чего мы оказались в магазине готового платья, где на вешалках висела одежда - платья, сорочки, брюки, такие же, как у нас на планете. Пристальное же мое внимание, почему-то, привлекли вешалки, плечики. Они там деревянные и из металлического прутка.
- А есть у вас столовые, пункты общественного питания, - заинтересовался я, - давайте посмотрим?
Влетели в столовую, расположенную в центре города. Обычное помещение с длинными деревянными столами и скамьями темного цвета, прилавок. После чего вновь оказались перед его резиденцией.
- Как Вас зовут, - спросил я, - у нас разные языки, но ведь надо же как-то идентифицировать друг друга?
Тот задумался, а у меня возникло сначала как предположение, а потом и уверенность, что я могу назвать его именем "Иггл".
- Твое имя "Иггл"? Ты согласен?
