Вечно терять тех, кого любишь, и умереть от руки собственного сына — таково древнее Проклятие, преследующее род фаргордских королей. Стать злодеем-отцеубийцей предначертано и Рикланду, наследному принцу воинственного королевства. Только не в его правилах безропотно следовать чужой воле, пусть даже это будет воля богов. Юный принц предпочитает сам выбирать свой путь, еще не зная, какие каверзы готовит ему судьба.
В Эльмарионе царило веселье — у короля Зенарона наконец-то родилась дочь. Напрасно Ролмонд Ледяное Сердце, король сопредельного Фаргорда, проявлял повышенный интерес к возможным претендентам на трон Эльмариона и численности их армий. Боги услышали молитвы старого Зенарона, давно потерявшего надежду на то, что у него когда-нибудь появятся наследники, и послали ему долгожданное чадо.
То, что у него родилась девочка, а не мальчик, нимало не смутило эльмарионского короля. Он в тот же день издал указ о наследовании королевского титула будущим мужем своей дочери. Народу было выкачено бессчетное количество бочек вина, а в замке учинили небывалый праздник, который, наверное, остался бы в летописях как самый веселый день в истории Эльмариона, если бы не был отмечен в них как день великой скорби.
Но пока знатные вельможи Эльмариона и Фаргорда, забыв давнюю вражду, собрались в Большом тронном зале Белого замка, чтобы поздравить новорожденную принцессу. Король собственноручно пронес девочку вдоль выстроившихся рядами гостей, и каждый преподносил ей подарок. Изящные украшения эльфийской работы, механические игрушки, изготовленные гномами, волшебные амулеты, приносящие счастье и благоденствие, и просто дорогие безделушки — все это складывалось в отделанный золотом и самоцветами резной ларец из рога белого единорога, на котором было выгравировано имя девочки.
Обойдя гостей, Зенарон передал принцессу кормилице и только тогда обратил внимание на крики, доносившиеся с улицы. «Народ веселится», — удовлетворенно подумал он, взял из рук Верховного мага тонкий золотой обруч с крупным бриллиантом — обруч наследника престола, положил в ларец поверх сокровищ и закрыл тяжелую крышку.
— Дай руку, дитя, — чуть слышно проговорил Верховный маг, приложил красный сморщенный кулачок малышки к драгоценному ларцу и принялся бормотать заклятие. Теперь никто, кроме принцессы, не сможет открыть ларец…
Шум на улице усилился. Король Зенарон нахмурил брови. Нет, этот шум не походил на крики радости, скорее это были вопли ужаса. Король едва дождался, пока придворный волшебник закончит заклинание.
— Унеси мою дочь! — приказал он кормилице, как только тот замолчал, и направился к балкону.
Слуги поспешно распахнули перед ним широкие двери. Зал наполнился запахом дыма — город горел! Зенарон гневно взглянул на фаргордского короля Ролмонда, с кривой усмешкой наблюдавшего за происходящим. Как он посмел начать войну в такой день, да еще находясь в Белом замке в качестве гостя!
— Ты за это заплатишь, потомок Ознабера! — в отчаянии воскликнул Зенарон и отдал приказ схватить коварного соседа.
До этого момента король Ролмонд искренне наслаждался ситуацией. Его предположение, что эльмарионские лорды взбунтуются, узнав о новом королевском указе, полностью подтвердилось, хотя он не ожидал, что они соберут армии так скоро. Сам он не собирался начинать войну с Эльмарионом, по крайней мере, пока не покончит с гномами Гилл-Зураса, но возможность понаблюдать, как соседи перебьют друг друга в междоусобице, или, на худой конец, помочь Зенарону подавить мятеж в обмен на руку его дочери для одного из своих сыновей-близнецов представлялась ему довольно заманчивой. Отсутствие собственной армии его ничуть не смущало. Против таких вояк, как эльмарионцы, хватило бы и одного черного колдуна, который, дабы не смущать присутствующих на празднике дам и белых магов, дожидался своего короля в Большой эльмарионской библиотеке.
Каково же было удивление Ролмонда, когда «мятежные» лорды, объединившись со стражей, напали на него самого. Силы были не равны. Он со своей королевой, десяток придворных дам и столько же фаргордских лордов оказались в плотном кольце враждебно настроенных эльмарионцев.
«Если это и мятеж, то явно не против Зенарона, — пронеслась в голове фаргордца тревожная мысль. — Почему тогда город горит? Неужели черный колдун? Оскорбился, что его не пригласили на праздник… Возможно… Чем не повод для того, чтобы спалить город?! Обо мне он, конечно, не подумал… Ладно, подумаю о себе сам. Чем мне нравятся здешние порядки, так это возможностью не расставаться с оружием даже в тронном зале». Ролмонд с торжествующей улыбкой победителя обнажил меч. В его собственном Черном замке порядки были несколько иными…
«Вот уж действительно ледяное сердце — ни тени страха! — с раздражением думал старый Зенарон, глядя на своего давнего врага. — Он ведь так и умрет с этой наглой ухмылкой на лице…»
Внезапно, будто в опровержение мыслей старого короля, лицо Ролмонда исказил ужас.
— О боги Хаоса! — выдохнул он, глядя округлившимися глазами поверх голов нападающих эльмарионцев и медленно опускаясь на колени. Зенарон проследил за его взглядом и застыл с тем же выражением на лице. К широко распахнутой двери балкона приближалось невероятных размеров чудовище. Оно летело по воздуху, взмахивая огромными отливающими золотом крыльями и скаля пасть, каждый клык в которой мог бы сравниться величиной с гномьим коротким мечом.