В ту же секунду дверь кабинета распахнулась, в коридор выскочил какой-то человек с перекошенным от злости лицом и бросился к выходу. Когда Холмс оглянулся, он успел увидеть только мелькнувшие в конце коридора желтые ботинки.
– Видите, наш бедняга выжил и даже быстро пришел в себя, – успокоил Ватсона Холмс. – Странно, правда, что…
Ему снова не дали договорить: из кабинета вывалился сам доктор Менгель. Держась мозолистой рукой за окровавленную челюсть, он неожиданно тонко и шепеляво закричал на остолбеневших сыщиков:
– Сто вы сидите, как статуи? Заделсите этого бандита! Он выбил мне два суба!
Ватсон мгновенно пришел в себя. Обрадованный возможностью не идти на прием к дантисту, он тут же ринулся в погоню. Чуть поколебавшись, Холмс поспешил следом.
Через несколько минут преследователи были уже на улице.
– Куда побежал человек в желтых ботинках, который только что выскочил отсюда? – спросил Холмс у невозмутимого привратника, с важным и задумчивым видом созерцающего снующих перед ним людей.
– Вы найдете его в сауне «Чистилище Даля» на той стороне улицы, – даже не повернув головы в сторону сыщика, отозвался привратник…
В приятном полумраке предбанника волнующе пахло пивом. Четверо мужчин, укрытых длинными махровыми полотенцами, расслаблялись после парилки.
Один из них, с большими оттопыренными ушами, играл партию в шахматы сам с собой; другой, похожий на спортсмена, читал газету; третий, бледнолицый и горбоносый, дремал, а четвертый, костлявый тип с изможденным лицом, вяло разглядывал внезапно появившихся сыщиков.
– Это он! – одновременно воскликнули Холмс и Ватсон, указывая на бледнолицего.
Еще через минуту Холмс уже допрашивал не успевшего прийти в себя любителя сауны:
– Только что было совершено нападение на доктора Менгеля. У нас есть все основания подозревать в этом преступлении вас.
– Меня?! – возмутился бледнолицый. – Да я первый раз слышу про этого вашего Гегеля. Да и вообще, я уже два года не был у дантистов. Терпеть их не могу!
– Вот в этом я не сомневаюсь, – согласился Холмс. – И все-таки нам придется арестовать вас.
Как сыщик догадался, кто из четырех мужчин преступник?
Лондонский Тауэр считался образцовой тюрьмой. Руководство тюрьмы особенно гордилось тем, что за все время ее существования не было сделано ни одной попытки побега оттуда. «Нашим клиентам так нравится здесь, – любил повторять начальник тюрьмы, – что они не побегут отсюда и при открытых запорах».
Поэтому известие о побеге заключенного № 314, известного афериста по кличке Угорь, прозвучало как гром среди ясного неба. Поднятые по тревоге спецподразделения два дня прочесывали все окрестности, но безрезультатно. Были проверены адреса знакомых и родственников Угря, но с тем же результатом. В конце концов знаменитый сыщик Холмс и его верный помощник доктор Ватсон, расследующие дело о побеге, решили навестить расположенный в жуткой глуши охотничий домик беглеца.
По дороге Ватсон рассказал Холмсу, что в радиусе десяти километров от берлоги Угря никто не живет, и уже несколько месяцев, с момента поимки ее владельца, здесь не ступала нога человека. Приехав на место, сыщики увидели приземистый кирпичный домик с наглухо закрытыми ставнями.
Оставив сержанта Гризли с двумя полицейскими снаружи, Холмс вместе с Ватсоном осторожно поднялись по скрипучим ступенькам крыльца. Немного повозившись отмычкой в замке, Ватсон распахнул тяжелую входную дверь.
– Прошу вас, – Он сделал приглашающий жест, предусмотрительно пропуская коллегу вперед.
Усмехнувшись, Шерлок решительно зашел внутрь, зажег фонарик и пошарил лучом по стенам и мебели.
Помимо маленькой кухни в домике еще была одна комната, скромно, но со вкусом обставленная. Удобный стол ручной работы, старинный венский стул с гнутыми ножками, пышная кровать, покрытая белоснежным покрывалом, тяжелые шторы на единственном окне, книжная полка и часы на стенке. Давно застывшие стрелки показывали три часа.
– Интуиция подсказывает мне, что здесь кто-то есть, – пробормотал Холмс, беспокойно оглядываясь по сторонам.
– Вы, как всегда, правы, Шерлок, – засмеялся Ватсон, ткнув пальцем в сторону комара, беспечно отдыхающего на изящных обоях прямо перед ними. – Но сейчас мы снова будем одни.
Резко взмахнув свернутой в трубку газетой, доктор прихлопнул задумавшегося пискуна, после чего брезгливо стряхнул на пол его окровавленные останки.
– Если бы мы ловили сбежавших насекомых, – еще больше нахмурился Холмс, – вам бы, Джон, цены не было. Но я уверен, что Угорь здесь.
Внимательно оглядев пустую комнату, сыщик одним движением отдернул малиновую штору.
На подоконнике, скрючившись, сидел тщедушный человечек с быстро бегающими испуганными глазками.
– Маэстро Угорь собственной персоной! – торжественно объявил Холмс и, как заправский фокусник, поклонился.
– Браво! – захлопал в ладоши пораженный Ватсон. – Но как вы догадались, что этот проходимец все-таки здесь?
– По двум причинам, – охотно начал объяснять Холмс. – Во-первых…
Что хотел сказать Шерлок Холмс?
